Управляя прекариатом: в поиске модели организации национально ориентированной нетократии
Управляя прекариатом:
в поиске модели организации национально ориентированной нетократии
Фокин И.А.
НП «Агентство социального инжиниринга» (г.Москва),
Руководитель исследовательского проекта при Южном федеральном университете (г. Ростов-на-Дону)
Текст доклада для участия в: Международная конференция молодых ученых«Глобальное управление: кризис или трансформация?»29-30 октября 2020 г.
Первое двадцатилетие 21-го века ознаменовалось «горящим» земным шаром. Под «горящим» я имею ввиду огромное количество массовых протестных движений, которые охватывали целые страны и даже субрегионы на всех континентах, кроме, Антарктиды. Речь идет о «цветных революциях», «арабской весне» (первой и второй), «арабской зиме», латиноамериканские протесты 2019-2020 гг., протесты против режимов жесткой экономии по всему миру, антивоенные движения, движения за независимость, движения против «нечестных выборов», движения за права женщин, студенческие протесты и так далее.[1]
[1] Смотреть список протестных движений по всему миру можно здесь: List of protests in the 21st century // Wikipedia.org. – 2020. – URL: https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_protests_in_the_21st_century
Разумеется, все эти протесты, движения помещены в конкретный политических контекст, определяемый конкретным историческим развитием конкретного пространства. Тем не менее, если все-таки сделать попытку абстрагироваться над конкретно пространственными и конкретно временными факторами происхождения того или иного протестного движения, то мы увидим, что движущей силой 100% протестов является так называемый «новый опасный класс», который именуется «прекариатом»[2]. По мнению британского социолога Гая Стэндинга, современное социальное развитие мира характеризуется широким распространением нового класса. Главными характеристиками этого класса является: исключительная роль в производстве материальных и нематериальных ценностей и отсутствие большинства социальных и политических прав и гарантий, таких как участия в выборах, стабильная зарплата, страховой медицинское обслуживание, оплачиваемый отпуск, доступ к образованию и т.д. По факту, современный коронавирусный кризис значительно ускорил рост прекариата как социального класса. Не обходит этот процесс и нашу страну.
Основополагающими тенденциями современного мирового развития являются следующие феномены: информатизация и сетевизация хозяйственно-культурной жизни, ее глобализация, размывание национальных суверенитетов и границ. Несмотря на то, что идеи глобального мира являются весьма привлекательными для значительной части людей на земном шаре, тем не менее, сами механизмы управления миром, а, тем более, справедливого управления миром, остаются явно не отработанными.[3] По большому счету, глобальное хозяйство, разрушая национальные механизмы управления и согласования интересов, подавляющее число людей в мире делают безголосой, бесправной массой.[4] Разрушение государства ведет не только к потере налаженных механизмов управления территориями, а и оставляет людей, живущих на них, один на один со своими социальными, культурными, политическими проблемами. Хаотизация социально-политической жизни глобального мира, его неопределенность для жизни простого человека, невозможность простого человека быть услышанными «сильными мира сего», серьезно девальвирует реальные ценности общечеловеческой общности. Те страны, в которых национальные элиты и простые люди сумеют в диалоге выработать новые формы политий, смогут преобразовать не только себя, а и мир в целом.
В общем-то, как и в конце 19-го-начале 20-го вв., перед мировой элитой встал вопрос канализации деструктивной энергии тогдашнего «нового опасного класса» - пролетариата, так в конце 20-го – нач. 21-го вв. перед элитами встает задача формирования новых механизмов управления нынешним «новым опасным классом» - прекариатом. Не хотелось бы быть пессимистом, но в начале прошлого столетия внутриэлитные противоречия и наличие громадного объема пролетариата, который нужно было кормить, поставили мир на грань мировой войны. По мнению отдельных ученых, например, А.И.Фурсова, первую и вторую мировые войны необходимо рассматривать как этапы одной большой мировой войны, которая геополитически и геосоциально перестроила мир. Результатом такого перестройки стало оформление двух лагерей – «капиталистического» и «социалистического».С социальной точки зрения эта «большая война» закончилась эмансипацией прав пролетариата. А вот поражение «социалистического блока» в «холодной войне» привело к новой глобальной перестройке, результатом которой стал распад пролетариата, распад системы национальных систем социальных гарантий и рождение нового «опасного класса» - прекариата.
Происходящие социальные процессы, по всей видимости, серьезно взволновали мировую элиту, так как периодически появлялись научные, художественные проекты управления обществом на новых принципах. Любопытно то, что проекты управления широкими социальными массами начали зарождаться еще в межэтапный период «большой мировой войны», то есть, в 1920-1930-е гг. В 1932 г. на свет появляется книга британского философа, писателя О.Л.Хаксли «О дивный новый мир». Роман Хаксли – это антиутопия, рассказывающая об обществе в скором будущем как о неком, существующем в далеком будущем. Основными ценностями общества являются беззаботность, сексуальная свобода и потребление, потребление как культ. Человечество воспроизводится искусственным путем – эмбрионы выращиваются в инкубаториях, и все эмбрионы изначально делятся на пять каст, различающихся умственными, физическими способностями (от «альф» до «эпсиолонов»). От зачатия люди готовятся к видам труда, люди изначально задумываются как функции, представители низших каст изначально отупляются посредством угнетения этиловым спиртом и почкования зиготы. Любопытно, что кастовое деление закрепляется еще и насаждением чувства «гордости» людей за принадлежность к своей касте. В книге Хаксли можно найти еще много методов социального инжиниринга, которые позволяют понизить осознанность бытия у тех, кому не нужно осознавать глубокие онтологии и те механизмы, посредством которых выращивается, формируется элита. В 1958 г. О.Хаксли публикует книгу «Возвращение в дивный новый мир». Спустя 26 лет после выхода своей книги о «дивном новом мире», Хаксли приходит к выводу о том, что современное ему общество значительно быстрее приближается к состоянию, описанному в антиутопии 1932 г., чем он предполагал. Любопытно, что рассматривая в целом сугубо западный, капиталистический мир, он прямо указывает на то, что западный мир очень стремительно приближается к построению тоталитарного общества. Отметим, что не только Хаксли отмечал интенцию западного, капиталистического, мира к тоталитаризации общественной и политической жизни. Об этом писал в своем исследовании североамериканского общества и немецкий философ, психолог Эрих Фромм. Важнейшим принципом тоталитарного общества по мнению обоих мыслителей являлось строгое иерархическое построение, которое, в общем-то, и определяло уровень потребления, возможности личностного развития, социального роста человека.
В начале 2000-х гг. появляется книга шведских философов Александра Барда и Яна Зодерквиста «Netократия. Новая правящая элита и жизнь после капитализма». Любая власть, любые механизмы захвата и удержания власти в значительной своей части базируются на технологических новациях, посредством которых и становится возможным овладение умами широких народных масс (используем этот термин). Чтобы понять суть того, о чем пишут в своей книге Бард и Зодерквист, в общем-то, достаточно прочесть один фрагмент из предисловия к их книге:
«Все, что до сих пор было сказано и написано, либо насквозь проникнуто какой-либо идеологией, либо не содержит в основании ни малейшей попытки исторического анализа тех причин, вследствие которых технологический прорыв в области информационных технологий может на самом деле драматически изменить наше общество.»[5]
В начале статьи я указал на тот факт, что важнейшим признаком современного общественного развития становится цифровизация и сетевизация хозяйственных, культурных, социальных связей. Цифровизация – это материальная основа происходящих изменений, обозначающих способ передачи информации, а вот сетевизация означает принцип построения коммуникационных цепочек. Важным следствием формирования сетевого принципа построения коммуникации становится появление «узлов». По сути, «нетократы» - это и есть те узлы, которые связывают отдельные цепочки в нечто единое, цельное. Современное общество – это система многоуровневых сетей, которые могут и объединять общество в нечто единое, а могут и атомизировать их. Многочисленные исследования подтверждают реально существующий феномен в социальных сетях – они формируют новые человеческие «стада», «племена», «стаи». По сути своей, человеческое общество вследствие цифровизации и сетевизации поднимается не на новый уровень социальной организации, как то ожидаемо было видеть, а, напротив, деградирует до состояния чуть ли не первобытного, родоплеменного общества. При этом, любопытно отметить важный момент: вот эти самые «стада», «племена» начинают носить экстерриториальный характер, то есть, если у первобытного стада, племени, были в пространстве более или менее понятные границы бытия, то при нынешнем уровне глобализации, культурного взаимопроникновения, такие территориальные границы стираются. Это позволяет говорить о том, что на смену прежним формам социальной организации, на смену традиционным племенам, народностям, приходят «новые народности», с новыми идентичностями, с новыми культурными «кодами» или матрицами поведения.
Новые идентичности являются результатом сочетаниятрех основополагающих элементов. Первый элемент происходит из внутреннего состояния носителя идентичности. Речь идет о материальных и культурных потребностях личности. Происхождение этих потребностей, их соотношение между собой хорошо описаны в теории, разработанной американским психологом А.Маслоу и визуально воплощенной в иерархической системе, визуально представленной в виде соответствующей пирамиды. Именно потребности человека и их иерархия до определенной степени формируют его ценности. На протяжении уже нескольких десятилетий американским социологом Р.Инглхартом и его коллегами проводится «Всемирное исследование ценностных ориентаций» (World Values Survey), в рамках которого происходит ранжирование стран по превалирующим у населения ценностям – от гегемонии ценностей выживания к гегемонии ценностей самовыражения/самореализации. В значительной степени, гегемония тех или иных ценностей зависит от уровня хозяйственного, социального развития общества.[6] В этом смысле, общественную гегемонию тех или иных ценностей определяет пословица – «не до жиру, быть бы живу». Если общество хозяйственно отсталое, существует высокая степень социальной стратификации, не работают социальные лифты и значительная часть населения погружена в бедность, то вряд ли стоит ожидать большой симпатии общества к ценностям самовыражения. В то же время, если государство и общество сумели сформировать эффективные механизмы социальной эмансипации, минимизации последствий социальной стратификации, налажена работа социальных лифтов и поддерживается высокий уровень потребления, то в обществе будет существовать высокий запрос на существование эффективных механизмов самовыражения, самореализации.
Второй элемент формирования идентичности – это смыслы, которые транслируются в общество, и те механизмы, посредством которых происходит интернализация (усвоение) этих смыслов. В значительной степени, подавляющее число смыслов, циркулирующих в обществе носят сконструированный характер, то есть они изначально создавались для упрощения управления обществом. Условно говоря, смыслы – это тексты, которые циркулируют в обществе. Но сами по себе смыслы, то есть тексты, не могут существовать сами по себе. Точнее, как печатный текст или как некое художественное произведение смыслы могут существовать, но для того, чтобы текст, смысл начал функционировать в обществе и стал определять движение общества в необходимом направлении, необходимо, чтобы были носители, толкователи и ретрансляторы соответствующих текстов.
Здесь мы подходим к третьему элементу формирования идентичности человека – к носителям смыслов, то есть к носителям и ретрансляторам текстов, определяющих смыслы бытия человека и человеческих общностей. В целом, нетократов можно распределить по трем основным функциональным группам. Первая группа – это апологеты смыслов. Вторая группа – это толкователи смыслов, адаптирующих смыслы под различные социальные группы, под их интеллектуальные уровни. Третья группа – это ретрансляторы тех или иных смыслов, в их функционал просто входит функция передать текст от толкователя к целевой аудитории. Собственно говоря, такая функциональная спецификация и определяет положение нетократов в их иерархии.
Выше я уже писал о том, что в условиях хозяйственной глобализации мы активно достигаем и культурную универсализацию мировой цивилизации, то есть приходим к глобальной гегемонии различных смыслов, транслируемых, прежде всего, из стран «Запада» (или в другой вариации, из стран «Севера») в страны «Востока» (или глобального «Юга»). По большому счету, в таких условиях уже теряется и роль языка как средства коммуникации. Одни и те же смыслы могут в полном своем объеме транслироваться по всему миру на разных языках. Другое дело, что на национальной почве одни и те же смыслы могут приобретать несущественно отличающиеся вариации. Таким образом, в глобальном масштабе мы можем выделить три основных группы нетократов: нетократов наднационального уровня, формирующих смыслы (тексты, дискурсы); нетократов национального или субрегионального уровня, транслирующие глобальные смыслы на уровень страны или субрегиона; нетократы национального уровня, которые транслируют одни и те же смыслы различным целевым аудиториям внутри страны без особых вариаций, но с адаптацией под культурный и образовательный уровень членов своей сети.
Под нетократами мы здесь можем понимать и писателей, и просто ЮТУБ-блогеров, журналистов различных изданий и просто авторитетных в широких и узких кругах, чье мнение имеет вес для некоего количества людей.
Рассмотрев основные факторы формирования идентичности людей, а соответственно, и их сообществ, мы вплотную подошли к тому, а как собственно выстраивать наши национальные механизмы управления «прекариатом», чтобы не оказаться в современном мире в числе проигравших. Функцией «управления прекариатом» в контексте всего выше сказанного является сохранение на национальном уровне контроля над общественно-политической активностью соответствующего класса. В первую очередь, такой контроль должен касаться управлением идентичностями так, чтобы глобальные идентичности не входили в активный конфликт с идентичностью национальной (то есть, как гражданина России). Таким образом, основная задача нетократического управления в России 21-го века заключается в том, чтобы сделать российскую национальную принадлежность максимально инклюзивной для представителей любых «новых народностей», которые формируются в рамках глобальной культуры.
Сразу отмечу, что такое управление я отношу не столько в сферу компетенции государства, сколько общества в целом. То есть управление в этом направлении должно являться чистой воды «соуправлением», то есть осуществляться в тесной координации всеми секторами российского общества. Исходя из рассмотрения факторов формирования идентичностей мы можем выделить четыре варианта управления на основе сочетаемости двух видов факторов и сценариев поведения с этими факторами.
У нас есть четыре набора факторов:
Первый набор. Глобальные смыслы и глобальные сети нетократов (толкователей).
Второй набор. Национальные смыслы и национальные сети нетократов (толкователей).
Третий набор. Национальные смыслы и глобальные сети нетократов (толкователей).
Четвертый набор. Глобальные смыслы и национальные сети нетократов (толкователей)
Суть различения данных наборов состоит в том, что либо мы интегрируемся в глобальную систему смыслов и стараемся вписать собственную государственность, собственные интересы в эти смыслы, при чем, делаем это на глобальном уровне. Либо мы поступаем по-другому. Мы создаем собственные национальные смыслы и пытаемся своими собственными силами сформировать такую нетократию, которая будет эти смыслы транслировать в широкие массы. Два этих варианта я назвал экстерналистским (то есть, внешним) и интерналистским (то есть, внутренним).
Теперь более подробно о каждом из них.
Первый вариант. Экстерналистский. Мы формируем свой вариант видения глобального развития, формируем систему смыслов, дискурсов, нарративов, поддерживающих представленную нами картину будущего для глобального мира. А самое главное, что наша картина будущего основывается на воплощении в жизнь условий для реализации ценностей самовыражения, на основе механизмов системного удовлетворения потребностей выживания. Такой подход дает нам возможность не только не выстраивать отдельную от глобальной нетократии сеть, а и активно использовать уже существующий потенциал в наших интересах. По большому счету, важнейшей задачей здесь является навязывание мировой элите, управляющей уже сформированной нетократией, своей повестки, своего видения глобального развития. Повестки, которая может быть привлекательной для людей вне зависимости от расы, нации, и любого иного вида идентичности.
Второй вариант. Интерналистский. Мы формируем свой вариант видения национального развития, своего «особого пути» в рамках глобального мира, пытаемся сформировать под это собственную систему нетократов на национальном уровне, пытаемся сформировать на наднациональном уровне систему нетократов-популяризаторов нашего подхода. Будем формировать национальные смыслы на основе ценностей выживания с троллингом ценностей выражения. Такой подход дает призрачную надежду на то, что мы сохраним ключи управления сетями нетократов на национальном уровне. Несомненно, внутри страны в этом случае найдется не малое количество нетократов, которое примет такой вариант нетократического управления прекариатом, но вряд ли мы сумеем длительное время сохранять контроль над этими сетями. Они станут разрушаться из-за выпадения и отдельных нетократов и целых их «узлов».
Для меня лично, более перспективным, хотя, и достаточно сложным в реализации, атакже несущим определенные риски для существующего политического дизайна внутри России, представляется первый вариант – экстерналистская модель нетократического управления. Суть заключается в том, чтобы будущее России вписать в будущее мира, при чем, вписать на основе уже тех ценностей, которые с каждым годом все более и более становятся превалирующими. Можно, конечно, надеяться на то, что в условиях глобальной рыночной неопределенности, глобального коммуникационного кризиса, наступившего в результате пандемии коронавируса, а также нарастающих противоречий в элитах, большая часть населения мира станет резко исповедовать ценности выживания. Но это лишь в краткосрочной перспективе. В долгосрочной перспективе, надежность опоры на ценности выживания окажется эфемерной, а большинство людей потребует не только сытости, а и образа будущего. И здесь, наша страна вполне имеет исторические возможности представить такой образ глобального будущего.
2020.10.29, Россия, Ростовская область, г.Батайск.
[1] Смотреть список протестных движений по всему миру можно здесь: List of protests in the 21st century // Wikipedia.org. – 2020. – URL: https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_protests_in_the_21st_century
[2] Стэндинг Г. Прекариат: новый опасный класс. – М.: Ад Маргинем пресс, 2014. – 328 с. – URL: http://spkurdyumov.ru/uploads/2016/05/prekariat-novyj-opasnyj-klass.pdf.
[3] Более подробно изложил в статье: Фокин И.А. Новый глобальный порядок: между транснационализацией нищеты и социализацией хозяйства // Российский совет по международным делам. – 2019. – 7 августа. – URL: https://russiancouncil.ru/blogs/debate/novyy-globalnyy-poryadok-mezhdu-transnatsionalizatsiey-nishchety-i-sots/
[4] См. исследования скандинавских ученых по проблеме кризиса демократии: Power and Democracy in Denmark: Still a Viable Democracy / Peter Munk ChristiansenLise Togeby. – 2005. – URL:https://doi.org/10.1111/j.1467-9477.2006.00139.x; Power and Democracy in Norway: The Transformation of Norwegian Politics / Øyvind ØsterudPer Selle. – 2006. – URL: https://doi.org/10.1111/j.1467-9477.2006.00140.x; Democracy and Power in Sweden / Olof Petersson. – 1991. – URL: https://tidsskrift.dk/scandinavian_political_studies/article/view/32716/30881.
[5] Бард А., Зодерквист Я. Нетократия. Новая правящая элита и жизнь после капитализма. – URL: https://www.rulit.me/books/netokratiya-read-124507-1.html
[6] Подробнее: Инглхарт Р., Вельцель К. Модернизация, культурные изменения и демократия: Последовательность человеческого развития. - М.: Новое издательство, 2011. — 464 с. – URL: https://www.hse.ru/data/2012/02/24/1266136909/inglehart_welzel.pdf