Оборона Пресни: "Не превращайте район в муравейник!"

Встреча Главы управы Пресненского района с жителями по поводу того, что называют реновацией, начиналась в семь вечера, но уже минут за двадцать до этого срока все места в рассчитанном на двести человек зале были заняты. Те, кто пришел позже, вынуждены были стоять в проходах или сидеть на полу, или буквально повиснуть на арках кокетливой галерейки, украшавшей этот зал, где в советское время подростков торжественно принимали в комсомол. На украшенной искусственными цветами сцене стояли офисного вида стол и стул. Они были предназначены для Александра Михайлова, главы управы Пресненского района города Москвы. Именно ему в этот вечер предстояло здесь солировать,и с первых секунд стало ясно, что он не является кумиром публики. В уверенной манере он неторопливо произнес несколько общих слов о том, что не ожидал увидеть такое количество людей, и очень рад…

Буквально тут же зал зашумел, послышались крики: «Давайте сразу к делу!» Итак, главе управы предстояло пообщаться с несколькими сотнями очень раздраженных и злых людей, которые ему вовсе не верили.

Несколько человек на эту встречу пришли на костылях. В какой-то момент громко зарыдал сидевший на руках у матери грудной ребенок. Прямо у стены дети лет пяти устроились на куртках, подложенных заботливыми родителями. Были дряхлые старушки с бархатными цветами на беретках, хипстеры с айфонами, мужики хозяйственного вида, спортивные дамы с палками для скандинавской ходьбы. Все они, судя по их настрою и разговорам, были едины, как никогда. Все они хотели отстоять свое право жить именно на своей родной Пресне, причем смотреть на нее не с пятидесятого этажа жуткого здания-башни.

Всем этим людям Михайлову в общем, нечего было сказать. Ему задавали множество вполне конкретных вопросов. "Что будет с парковкой?", "Какая высота потолков в новых квартирах?", "Где эти новые дома будут возводиться?"

Весь вечер повторялись фразы: «Не знаем», «Еще ничего не понятно». «Еще не сверстана программа по домам». «Законеще не утвержден», «Программа находится на рассмотрении».

- Есть ли проекты домов, которые будут построены? Тип дома, этажность? - спрашивала его интеллигентная дама.

- Нет, типового проекта еще нет, потому что, еще раз повторяю, программа еще не запущена, не сверстана.

- На Мукомольном проезде строят новые здания. Говорят, что туда планируется возможное переселение из района Камушки. Какова этажность этого жилого комплекса?

- Пять корпусов, сорок семь этажей.

Зал дружно охнул. Пресня – спокойный, тихий, уютный район. Зелень, река, зоопарк, небольшие дома.

-Там на сорок седьмом этаже окна открываются? – выкрикнули из зала.

- Я думаю, открываться не будут, но будет работать вентиляция. – успокоил слушателей Михайлов, но никто не успокоился.

- Вы собираетесь строить огромные дома! А Пресня находится в овраге, здесь и так дышать нечем. А где вы собираетесь строить новые поликлиники, детские площадки? Куда ставить машины? – послышались возгласы. - Нельзя возводить огромные дома, рядом метро под землею, он рухнут. Центральный округ, он особенный. Здесь памятники архитектуры. Нам сейчас рассказывают про квартиры в домах по сорок семь этажей. Их тут понатыкают как свечки, как мы будем здесь жить, это же муравейник!

- Да не хочу я никуда переезжать! – воскликнула вдруг сидевшая рядом со сценой женщина. Раздались бурные, дружные аплодисменты. И, наконец, кто-то задал самый важный вопрос:

- Вы сказали, что переселять будут только в наш район. Но в законе это не прописано. Дайте нам гарантии.

(Крики по всему залу: «Верно»! Верно!)

- В рамках своих полномочий я гарантий я вам дать не могу…

- А-а-а, - разочаровано вздохнул зал.

- Давайте смотреть трезво… Давайте успокоимся. Опять крик поднялся, - огорченно констатировал Михайлов, очевидно и в самом деле не понимавший, почему в зале крик.

- Я не буду бороться с этим и вас перекрикивать. Я такой же житель района как вы!

– А мы – коренные жители, - ответили ему.

Собрание идет уже полтора часа. Адская духота. Все устали. Всем хочется уйти. Никто не уходит. Всем хочется добиться хоть какой-то определенности.

По итогам встречи единственное, что было сказано более-менее ясно, так это то, что никаких списков домов под снос пока нет. И появятся они там, только если этого захотят сами жители. Если в процессе принятия решений возникнет конфликт интересов, дом под снос не попадет.

Все это было воспринято с большим недоверием. "Если мой дом будут сносить, я запрусь, и пусть его сносят вместе со мной!" - это приходилось слышать от разных людей. Кажется, славная своими боевыми традициями Пресня готовится к обороне.

Фото в заголовке - Борис Бочкарев