Прощальная битва за общественную экоэкспертизу
24 ноября Госдумой был принят в первом чтении скандальный законопроект № 196416-8 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об экологической экспертизе». Если он вступит в силу, то важнейший инструмент борьбы за экологические права граждан – общественная экологическая экспертиза (ОЭЭ) – фактически перестанет существовать.
Основной «приговор» ОЭЭ вынесен в подпункте «а» пункта 7 статьи 1 законопроекта: при наличии двух и более заявлений о проведении общественной экологической экспертизы авторами предписывается обязательное создание «единой экспертной комиссии». На практике это означает, что инициатор проекта, в отношении которого проводится экспертиза (предположим, застройщик какого-нибудь мусоросжигательного завода), вслед за «настоящей» заявкой на ОЭЭ от граждан подает свою, фейковую. При этом он регистрирует собственную экспертную комиссию, которая, изображая «общественность», на самом деле обслуживает его интересы.
То, что такой вариант более чем возможен, показывает имеющийся опыт. Так, активисты, которые борются с намывом на Васильевского острове в Петербурге, заказали общественную экологическую экспертизу в известной компании «Центр ЭКОМ». Заключение было приобщено к судебному процессу об оспаривании проекта планировки территории. Однако застройщик намыва - компания «ЛСР» - быстро сориентировался и представил суду свою собственную «общественную» экологическую экспертизу, сделанную всего за две недели никому не известной фирмой. И она тоже была приобщена к делу! Но если в данном случае речь идет хотя бы о борьбе общественных экспертиз – настоящей и фейковой, то в результате принятия законопроекта № 196416-8 бороться будет некому: никакой ОЭЭ на выходе не получится. Скорее всего, работа «единой экспертной комиссии» будет просто заблокирована. С учетом того, что девелоперы крупных спорных проектов обладают большими финансовыми ресурсами, чем активисты, «забомбить» общественную экспертизу многочисленными фейковыми группами для них – не проблема. Таким образом, формально ОЭЭ сохраняется, но ее проведение фактически становится невозможным.
Добавим еще несколько проблемных положений законопроекта, которые идут в довесок. Теперь для проведения ОЭЭ эксперты зачем-то должны проходить специальную аттестацию в Росприроднадзоре, аналогично с государственной экологической экспертизой. Мало того, что это даст чиновникам право незаконно «фильтровать» экспертов, проведение аттестации создаст излишнюю нагрузку на надзорное ведомство: дополнительные штатные единицы и бюджетные средства на эту работу не предусмотрены. Кроме того, экспертам запрещено передавать материалы для ОЭЭ «третьим лицам». Формально эта норма выглядит логично, если бы не специфика нашей страны, где ОЭЭ – больше, чем просто ОЭЭ. Как указывает Михаил Крейндлин (Гринпис), «одна из основных полезных функций ОЭЭ – возможность общественности получать в полном объеме проектную документацию, что позволяет хотя бы узнать и оценить реальную опасность планируемого объекта. Если норма будет введена, эта функция экспертизы будет утрачена».
Разумеется, столь неприкрытая «ковровая бомбардировка» остатков общественного участия не могла не вызвать протестов. Еще в октябре 60 природоохранных организаций, включая самые крупные, обратились к главе комитета по экологии Госдумы Дмитрию Кобылкину с просьбой убрать из законопроекта самые одиозные нормы. Однако, по нашим сведениям, проект «приехал» на первое чтение без концептуальных изменений и в этом виде был принят. Одна из парламентских партий, «Новые люди», неуклюже попыталась изобразить оппозицию, попросив перед вторым чтением убрать из проекта норму об аттестации экспертов. При этом самое главное – возможность блокировки ОЭЭ фейковыми комиссиями – она даже не упомянула. На всех официозных сайтах при описании проекта № 196416-8 упоминаются любые его положения, кроме самого опасного. ОЭЭ хотят уничтожить «втихую».
Что можно сделать сейчас? Писать обращения на имя председателя Госдумы, выражая свое категорическое несогласие с пунктом о «единой экспертной комиссии». Если писем будет много – возможно, к ним прислушаются. Когда будет назначено второе чтение, еще неизвестно; но можно точно сказать, что к третьему чтению существенных поправок внести уже не удастся.
Фото Елены Лихановой
