Скрытая мобилизация: как чиновники отправляют людей на войну
Немецкий экономист Янис Клюге, научный сотрудник Германского института международных отношений и безопасности, опубликовал детальное исследование механизмов скрытой мобилизации в РФ, основанное на изучении отчетов районных и областных администраций.
Документы указывают на существование иерархической системы: федеральное правительство устанавливает для каждого региона квоту на набор, которую региональное правительство должно выполнить. Региональные власти, в свою очередь, устанавливают целевые показатели районным, а те поручают населенным пунктам и компаниям находить людей, готовых подписать военные контракты.
Вербовка базируется на приказе ПР-309 о «пополнении войск личным составом», который обвиняемый в военных преступлениях Владимир Путин подписал 14 февраля 2023 года. Точное содержание приказа не было обнародовано, но в официальных отчетах по всей России ссылались на ПР-309 как на правовую основу для создания местных вербовочных отрядов. Согласно районному отчету Омской области, все районы региона получили квоты на вербовку от областного правительства 1 марта 2023 года. Впоследствии Путин подписал еще несколько указов о «пополнении войск личным составом»: в 2026 году в документах вербовщиков упоминается ПРС-1098.
Янис Клюге подробно проанализировал отчеты по районам приграничной Белгородской области, которые, по его словам, оказались гораздо более полными, чем отчеты по любому другому региону. В декабре 2024 года губернатор Белгорода Вячеслав Гладков принял решение включить показатели вербовки на войну в число ключевых показателей эффективности для 22 районов Белгородской области. После этого все районы были обязаны публиковать подробную информацию о наборе контрактников в своих годовых отчетах. Региональное правительство Белгородской области также публиковало обзоры результатов работы всех районов. Во многих отчетах объяснялось, что именно было сделано для поиска контрактников, а в некоторых случаях – почему вербовщикам не удалось достичь целевых показателей.
В 2024 году все районы Белгородской области выполнили свои целевые показатели по вербовке, но уже в 2025 году около трети районов не достигли этих показателей, несмотря даже на их резкое снижение.
Отчеты раскрывают, как именно достигаются целевые показатели по набору на войну. Случаи, когда мужчина просто заходит в центр по найму, чтобы подписать контракт, относительно редки. Вместо этого существует значительное системное давление: округа составляют списки потенциально «подходящих кандидатов» и неоднократно связываются с ними для «бесед», в том числе посещая их дома и на работе.
Чиновники Новооскольского района сообщали, что уделяют особое внимание мужчинам, отбывающим наказания, не связанные с лишением свободы; находящимся под административным надзором или профилактическим наблюдением; должникам, в отношении которых возбуждено исполнительное производство; а также тем, кто был лишен права управления транспортными средствами. Районы заявляют о тесном сотрудничестве с местной полицией, судебными приставами и следственными органами в поиске солдат по контракту.
Муниципальные отчеты из других регионов России подтверждают это: например, в отчетах властей Хабаровского края около 20% квоты по новобранцам выполнила местная полиция, убедившая подписать контракты 28 подозреваемых, находящихся под следствием, и одного иностранного гражданина.
Белгородские чиновники в своих отчетах жаловались на трудности с выполнением квот, называя в качестве причины массовый отъезд людей из районов в условиях постоянных обстрелов. В некоторых отчетах также говорилось, что высокие зарплаты, предлагаемые местными предприятиями, делают военную службу менее привлекательной.
В другом докладе, опубликованном 8 августа, Янис Клюге сообщил, что Россия по-прежнему ежедневно набирает около 1000 солдат по контракту. Согласно данным региональных бюджетов, во втором квартале 2026 года было подписано 93 000 новых контрактов.
В большинстве регионов квоты набора на войну уже третий год подряд держатся на уровне примерно 0,3% местного населения. При этом исследователь отмечает феномен поощрения за «переманивание» новобранцев из других регионов.
Мобильный пункт отбора на службу по контракту ездит по Белгородской области уже третий год. Фото: Белгородские новости