«Ковчег»: год проекту взаимопомощи российским политэмигрантам
За год войны с Украиной из России уехали сотни тысяч людей. Масштабы эмиграции из страны за короткий промежуток достигли таких размахов, что игнорировать это уже стало совсем неприлично: комментировать ситуацию пришлось как российской пропаганде, так и чиновникам. Градус обсуждения «уехавших» колебался от почти нейтральных комментариев до истеричных обвинений в предательстве и угроз конфисковать имущество. Ужесточение репрессивного аппарата и подавление инакомыслия, мобилизация, напряженная социальная обстановка – все это закономерные причины, которые вынуждают российских граждан покидать страну. Антивоенным активистам, журналистам, даже обычным гражданам, которые не поддерживают политику Путина, грозит реальный срок только за то, что они называют войну войной.
Многим из этих людей приходится оставлять свою прошлую жизнь, уезжать в другую страну и начинать все с чистого листа. Поэтому должна была появиться инициатива по оказыванию различной помощи антивоенным активистам из России. Так и образовался «Ковчег», который за год вырос в крупнейшую сеть волонтерских проектов и помог огромному количеству россиян, выступающих против войны. К годовщине «Ковчега» мы поговорили с его сотрудниками, чтобы рассказать вам о проекте.
«Мне просто хотелось помочь идеологически близким людям»
Проект «Ковчег» начал функционировать в первые недели войны. Уже 10 марта его запуск анонсировал Антивоенный комитет России. После первой большой волны эмиграции у антивоенных активистов, покинувших Россию, появился запрос на различную помощь. И основной задачей «Ковчега» являлось создание таких групп поддержки.
За идеей создания «Ковчега» стоит конкретный человек – правозащитница Анастасия Буракова. 10 марта 2023 года в своем telegram канале она обратилась к тем, кто уехал из России из-за своей позиции и кому нужна помощь: «За несколько дней мы организовали первую экстренную помощь для тех, кто оказался в сложной ситуации: готовы предоставить жилье на первое время, наши юристы и волонтеры консультируют по бытовым и правовым вопросам» . По ее словам, тогда она не могла представить, что проект так широко разрастется: он начинался с двумя коллегами-юристами, простого телеграм-бота и двух коливингов.
«Я несколько лет как юрист-правозащитник помогала людям в России, которые сталкивались с политически мотивированным преследованием и нарушением прав, многие имели мой прямой контакт. Когда началась война, мне пришло больше сотни сообщений от людей, которые столкнулись с репрессиями из-за антивоенной позиции: не только активисты, журналисты, но и люди, которые подписали профессиональные антивоенные петиции, отправили деньги на помощь украинским беженцам, написали пост против войны в соцсетях», - вспоминает Анастасия, -«Я вспомнила проекты помощи беларусам, которые уезжали из страны после протестов 2020 года. Например, в Вильнюсе есть проекты, которые предоставляют жильё на первое время, помогают с адаптацией. Беларуская диаспора очень сплоченная, и мне хотелось помочь идеологически близким россиянам, тем, с кем мы сможем строить демократическую страну в будущем. От оформления идеи в голове до запуска telegram-бота для юридических консультаций и открытия двух шелтеров, в Ереване и Стамбуле, прошло около трёх дней. Нам очень помог Антивоенный комитет и лично Михаил Ходорковский: поддержали идею, помогли с распространением информации и средствами на первичную аренду».
Анастасия рассказывает, что сначала у проекта не было постоянных сотрудников. Все держалось на горизонтальных связях Бураковой: в боте консультировали коллеги-правозащитники, а с помощью аренды жилья помогали ее друзья, которые уже находились в Армении и Турции.
По мнению Анастасии, работа волонтеров – это основа, на которой держится работа «Ковчега»:
«Сразу после публичного анонса мне стали писать люди разных профессий, живущие в разных странах, которые готовы помочь «Ковчегу». Без волонтеров — неравнодушных людей, готовых уделять своё время и помогать другим, мы не смогли бы и десятой части. Также вместе с проектом мы запустили краудфандинговую кампанию, нам сразу начали приходить пожертвования на работу «Ковчега». Благодаря нашим жертвователям мы смогли вырасти и развиться, добавить новые направления помощи, расширить старые, поддерживать антивоенные инициативы и идейно близкое комьюнити».
Стать волонтером «Ковчега» может каждый: «У нас нет никакого специального отбора или посвящения: с момента заполнения анкеты вы уже волонтёр». Помощь добровольцев в «Ковчеге» пытаются применять максимально эффективно как для релокантов, так и для самих волонтёров.
Инициативы
«Ковчег» состоит из множества инициатив. Часть из них – это базовая, необходимая релоканту помощь.
Множество россиян, уехавших за границу, делали это в спешке, не успев толком позаботиться о крыше над головой. Каждый эмигрант, выступающий против войны и нуждающийся в жилье на первое время, может обратится в «Ковчег». В коливингах (квартирах и домах совместного проживания) проекта активист может отдышаться, познакомиться с единомышленниками и решить бытовые и бюрократические проблемы. По общему правилу, «Ковчег» предоставляет жилье до двух недель. Армения, Турция, Казахстан и Польша – вот список стран, где функционируют коливинги «Ковчега», через которые прошли уже почти четыре тысячи человек. Также «Ковчег» запустил специальный телеграм бот, который помогает найти партнеров для совместной долгосрочной аренды жилья в разных странах.
Социализация и поиск единомышленников, по словам координаторов, это важная составляющая проекта в эти темные времена. «Наш коливинг стал не просто местом для жилья, но и местом встреч россиян со всей Варшавы, - вспоминает Олег, координатор «Ковчега» в Польше, - «Это помогло людям завести новые знакомства, которые помогут в адаптации в новой стране. Мы также проводим мероприятия по подготовке к антивоенным митингам, в которых с жителями принимаем активное участие. Проводили конференцию, на которой выступили представители антивоенных и гуманитарных инициатив, гостями конференции стали представители МИД Польши и представители польских некоммерческих организаций, фондов, СМИ. Организовываем мероприятия, на которые приглашаем польских экспертов и ученых для обмена опытом и обсуждения проблем России, поиска их решений. Все это помогает эмигрантам держать себя в политическом тонусе, ведь создание комьюнити оппозиционных россиян — важный шаг в направлении перемен в России».
«Ковчег» принимает участие в помощи международным гуманитарным проектам. Например, коливинг в Варшаве стал логистическим хабом проекта Warm for Ukraine. «Мы поддерживаем антивоенные, гражданские и гуманитарные инициативы, помогаем им стать более видимыми, проводим семинары и нетворкинговые мероприятия, знакомим с возможными партнерами в других странах», - говорит Анастасия Буракова -, «В Польше «Ковчег» в том числе сотрудничает с проектом WFU.world: гараж шелтера служит транспортным хабом для генераторов, которые вскоре отправятся в Украину, а жильцы помогают в транспортировке, разгрузке и других логистических мероприятиях».
В «Ковчег» также можно обратиться за юридической и психологической поддержкой, проконсультироваться по вопросам эмиграции. В своих социальных сетях проект делится полезной информацией для эмигрантов, такой как актуальные вакансии по работе, стажировки, стипендии, предложения волонтеров. Создатели проекта пытаются выстроить комьюнити россиян заграницей и помочь ему максимально адаптироваться в местном сообществе. Еще одним важным инструментом для этого являются телеграм чаты по странам, где эмигранты могут общаться друг с другом и делиться информацией.
«Вернуться в профессию и помочь тем, кому это действительно нужно»
Одним из важнейших направлений работы «Ковчега» являются языковые курсы. Они абсолютно бесплатные, их проводят волонтеры-преподаватели (всего их было больше 150).
«Формально «Ковчег» создавал эти курсы с условием, что волонтер-преподаватель обязуется вести группу или индивидуального ученика в течение минимального срока в 3 месяца. Можно больше, но не меньше. Задача курсов — дать людям базовые языковые навыки, чтобы они могли общаться на языке принимающей их страны. Проживание в стране сильно отличается от жизни простого туриста. Вам может и не потребоваться язык, если максимум вашего общения с местным населением — это заказ кофе. Но политэмигранты должны общаться с городской администрацией, им нужно снимать жилье, заключать контракты на мобильную связь...» - рассказывает нам Елена (имя изменено), ведущий волонтер «Ковчега», преподавательница языковых курсов по французскому, —
В крупных городах людей иногда выручает английский, но большинство политических эмигрантов не живут в центре Лондона или Парижа. А в регионах, вдали от основных туристических потоков население любой страны говорит преимущественно на своем языке. Вот как вы без языка объясните электрику, что у вас сломалась вытяжка на кухне? А как вы будете объяснять врачу в Новой Аквитании, что у вас проблемы с кишечником или почками? Гугл переводчик тут уже не поможет. Именно поэтому Ковчег и создал эти курсы, чтобы дать людям возможность выстраивать свою жизнь в новых условиях.
Мне изначально срок в 3 месяца показался недостаточным. Конечно, если заниматься языком по 10-15 часов в неделю, за 3 месяца можно очень многое выучить. Но в Ковчеге речь не идет об интенсивных экспресс курсах. Да и будем честны — экспресс интенсив далеко не всегда и далеко не всем подходит. Поэтому я сразу выразила пожелание взять группу на год. За год при 2 занятиях в неделю вполне возможно вывести группу на приличный А2-В1. Не тот А2, который «натягивается» на экзамене, а настоящий базовый разговорный язык. Да, после такого курса люди не смогут сразу начать читать Дюма в оригинале. Зато у них будет хорошая лексическая и грамматическая база языка, которой будет достаточно, чтобы относительно комфортно жить во франкоязычной стране. Я знаю, что многие преподаватели используют эти занятия для оттачивания мастерства, обкатки новых материалов и техник. В принципе преподаватели в «Ковчеге» сами определяют размер групп, как будут идти занятия, сколько их будет в неделю, когда курс будет закончен. У меня это две группы по 4 человека в каждой, по 2 занятия в неделю».
До войны Елена работала в МГУ на контрактной основе. «Ровно год назад, в середине марта 2022 года, меня в ультимативной форме поставили перед выбором: я увольняюсь по собственному желанию в середине семестра, или же мне «испортят» личное дело/трудовую и все равно уволят, просто не продлив контракт. С самого начала активной фазы войны у нас с руководством факультета разошлись взгляды на это событие. Мне военное вторжение в Украину с самого начала казалось чем-то абсолютно чудовищным как с моральной, так и с рациональной точки зрения. И так уж получилось, что, когда на конференции в середине марта, представитель крупной госкомпании начал рассказывать студентам о том, какое "сейчас тяжелое время для нашей страны, нужно сплотиться перед лицом угрозы и в период "СВО", я не сдержалась и высказалась, что, нашелся козел, даже войну "войной" назвать боится, а вот индоктринировать студентов бакалавриата — тут он прям смелый. Увы, высказала я это не "многоуважаемому представителю госкорпорации", а своему коллеге в кулуарной беседе. Повторное "увы" случилось, когда стало ясно, что наш кулуарный разговор услышала представительница другого ВУЗа, явно поддерживающая войну. На стол декана факультета лег донос на меня, защищать меня никто не стал, и декан высказал позицию, что не видит моего будущего на факультете».
После этого Елена уехала из России, но ощущала себя потерянной. «Моя жизнь, жизнь, которую я строила, закончилась. Больше всего на свете я люблю работать со студентами, для меня нет ничего более вдохновляющего, чем видеть прогресс знаний, развитие, видеть, что я своими действиями помогаю другим людям сделать их жизнь лучше. Пусть это прозвучит нескромно, но я в этой жизни умею делать хорошо только 2 вещи: анализировать материалы и преподавать. Мне очень хотелось снова быть нужной, снова заниматься осмысленной деятельностью. И как раз в этот момент я увидела в чате "Ковчега" объявление, что они ищут преподавателей для тех, кто был вынужден уехать из России из-за своих политических взглядов. Бинго! Я могу хотя бы частично вернуться в профессию и при этом помочь тем, кому это действительно нужно».
Елена сразу же написала в Ковчег, описала свою ситуацию, рассказала о своей квалификации. На тот момент (июнь 2022) проект нуждался в преподавателях французского языка. «Формально у меня нет сертификата, подтверждающего мою квалификацию как учителя французского (у меня имеются CELTA и TESOL, в процессе получения которых я изучала техники и методики преподавания языков и 20 лет изучения французского в придачу к моему DALF C1. Кроме того была готова предоставить контакты моих бывших учеников, которых я готовила к сдаче экзамена DELF), но волонтером "Ковчега" может стать любой человек, готовый помогать другим с изучением языка с нуля или с низкой базы. Это то, за что я люблю "Ковчег". Это проект о людях, от людей и для людей. Волонтеры "Ковчега" не получают денежных компенсаций за свой труд. Все работают просто ради того, чтобы помочь другим людям».
«Это совершенно невероятное чувство, когда еще 8 месяцев назад люди не умели читать по-французски, а сегодня они уже умеют и рассказать о себе, и объясниться с врачом, и понять (что немаловажно), чего от них хочет представитель мэрии, - делится Елена,- «Понятно, что при таком темпе работы что-то приходится пропускать. Например, моя группа не сможет вам рассказать об обитателях зоопарка, зато знает, как открыть счет в банке, какие способы оплаты распространены на территории Франции. Все ученики разные, но их объединяет одно — антивоенная позиция и конфликт с российскими властями. Формально любой человек может подать заявку на изучение языков с "Ковчегом", однако предпочтение отдается тем, кто находится в трудной жизненной ситуации. Наборы проводятся каждые несколько месяцев, при этом преподаватели сами решают, кого они будут брать в свою группу, а кого — нет. Да, это субъективный подход. Поэтому, если вы хотите попасть на курсы Ковчега, будьте готовы детально описать свою ситуацию. При подаче заявки вас просят написать мини-эссе на 2000 знаков, и я рекомендую не пренебрегать этим эссе — на его основе преподаватель будет решать, станет ли он вас брать в свою группу. Часто, увы, попадаются пустые заявки, где эссе или нет вообще, или же вместо 2000 знаков написано 1 предложение. Такие заявки преподаватели в работу не берут. Кроме того, часть людей, подающих заявки, либо просто не выходят на связь, либо покидают группу практически сразу: кто-то переоценил свои силы, а кому-то не подходит темп группы, а у кого-то появляются иные личные обстоятельства».
Сохранить человеческий капитал
За год «Ковчег» из маленького комьюнити вырос до огромного сообщества помощи российским эмигрантам, выступающих против войны. Сами создатели, видимо, не ожидали, что проект станет настолько успешным.
«Изначально мы не ставили какие-то показатели или планы развития: был запрос на срочную помощь идейно близким людям с антивоенной позицией, и «Ковчег» стал помогать. Мы постоянно смотрим на запрос. Например, когда началась мобилизация, мы открыли шелтеры в Казахстане, находили помощь волонтеров по индивидуальным запросам, делали памятки по призыву и мобилизации, проводили адаптационные встречи для людей, у которых эмиграция стала первым выездом за границу», - делится Анастасия Буракова,-
Сейчас «Ковчег» думает над запуском направления работы с бизнесом, уехавшим из-за войны, договаривается о курсах профессионального переобучения, создаёт платформу для индивидуальной экономической деятельности. Мы постепенно переориентируем проект на помощь после релокации: интеграция, языки, создание комьюнити, идеологические мероприятия и, конечно, вовлечение новых эмигрантов в деятельность антивоенных проектов. Глобально мы хотим сохранить человеческий капитал для строительства демократической и безопасной России. Надеюсь, это произойдёт в ближайшем будущем».
Фото обложки: Valery Sharifulin