Роскомнадзор пристально следит за протестами в России

«Важные истории» обнаружили в утекших внутренних документах Роскомнадзора подробные отчеты о протестных акциях, которые РКН готовил для ряда ведомств, включая МВД. Этим занимается «дочка» РКН — «Главный радиочастотный центр».

В ГРЧЦ подробно описывают, где и когда проходила акция, сколько человек участвовало, кто организаторы и были ли задержания. Для них важны и крупные митинги, и одиночные пикеты на самые разные темы: от антивоенных акций до схода жителей села против закрытия единственного магазина продуктов.

Как следует из отчетов РКН, в 2022 году кроме антивоенных протестов россияне также выходили на акции за свободу слова и собраний, против пыток в колониях, в поддержку врачей или, наоборот, с требованиями привлечь их к ответственности за ошибки, а также против дистанционного и электронного образования и вакцинации.

Отчеты передают в полицию, ФСБ, администрацию президента, Генпрокуратуру. Из них следует, что самым протестным регионом России является Хабаровский край, Санкт-Петербург — на втором месте, а третье делят Москва и Башкортостан.

Данные говорят о том, что 90 процентов всех протестных акций прошли в столицах регионов.

В основном выступления в поддержку «спецоперации» и действий президента организуют представители партий и околоправительственные организации. В то время как девять из десяти антивоенных акций — это низовая инициатива граждан.

В стране развернуты тотальная военная цензура и репрессии против всех, кто высказывается против войны: 305 из 365 дней 2022 года в разных городах России силовики задерживали людей за антивоенную позицию, согласно данным «ОВД-Инфо». Но, несмотря на это, люди продолжают открыто высказываться против войны. Из всех публичных акций, зафиксированных сотрудниками ГРЧЦ в 2022 году, каждая пятая — антивоенная.

«Самыми эффективными оказываются протесты, которые оставляют после себя видимый след. Цветочки все кладут тихо, тайно, в одиночестве. А потом вырастает гора цветов, свечек, игрушек. Это производит очень сильный эффект: „Я не один, таких людей много“», — объясняет антрополог и автор Телеграм-канала «(Не)занимательная антропология» Александра Архипов.

Фото: Твиттер yapunovs