Активисты Татарстана добились общественного контроля над строительством глэмпинга в дубовой роще

В поселке Октябрьский в Татарстане жители забили тревогу из-за строительства коммерческой базы отдыха. Активисты, застройщик и специалисты договорились о создании рабочей группы для минимизации воздействия на природу - это произошло после вмешательства инициативной группы "Волга и народ против", которая раньше защитила Волгу в этом районе. Активистам пришлось несколько раз выезжать на место вместе с проверкой. В выездах участвовала корреспондентка "Активатики".

Высокий берег Волги с дубовой рощей в 50 метрах от заказника "Волжские просторы" - одно из любимых мест отдыха местных жителей и горожан. Этой осенью у самого берега появились домики. Активисты инициативной группы "Волга и народ против", добившейся прекращения засыпки Волги в 2014 году, обратились в природоохранные органы - природоохранную прокуратуру, минлесхоз, минэкологии и комитет по биоресурсам, который отвечает за заказник.

17 ноября "Активатика" выпустила публикацию о строительстве, после которой с автором связался представитель застройщика, Рустам Аюпов. В публикации активисты высказывали опасения, что стройка может быть незаконной. Аюпов в ответ заявил, что у застройщика есть проект освоения лесов и договор аренды данного участка (имеется в распоряжении редакции - прим. авт.).

"Мы не срубаем ни одного дерева для строительства, хотим сохранить и улучшить данное место, и создаём его в первую очередь для людей. Берег размывает каждый год на 15 метров, чтобы его не потерять, мы тратим свои средства на укрепление берега. [...] Когда мы начали работать, данные участки не содержались в должном виде, за последние 10 лет за деревьями никто не ухаживал, и те многовековые дубы, о которых Вы написали были уже больны. Мы провели лесопатологическое обследование деревьев, выявили больные и сейчас стоит план по оздоровлению леса. Наша задача сейчас - их сохранить, и только в руках ответственных людей этот лес может расцветать", - рассказал представитель застройщика (полная версия письма есть в открытом доступе, с ней можно ознакомиться здесь).

На визуализации проекта, которую предоставил Рустам Аюпов, видны не капитальные дома с благоустройством. Согласно проекту освоения лесов (имеется в распоряжении редакции) предполагается строительство 13 сооружений площадью 6 на 6 метров, 6 сооружений 6 на 4 метра, 4 сооружения поменьше и три беседки.

На участке площадью 2,5 га 1,86 га занято дубами, средний возраст которых 74 года. Всего деревьями занято 2,18 га, то есть свободного от деревьев пространства - около 3 соток. Возникает закономерный вопрос - не нанесет ли столь активная, пусть и некапитальная застройка и рекреация, ущерб дубовой роще, которой три четверти века?

Как сообщили активисты, домики в глэмпинге уже появились в продаже на "Авито": домик площадью 30 кв.м предлагают приобрести за миллион рублей. Как сказал корреспонденту "Активатики" Рустам Аюпов, сейчас тестируются варианты сдачи в краткосрочную и долгосрочную аренду. Согласно действующему законодательству, земли гослесфонда могут быть оформлены в аренду на 49 лет, на данный участок срок действия аренды составляет 39 лет. Сами некапитальные сооружения могут быть оформлены в собственность.

Для изучения ситуации в ноябре активисты дважды выезжали на место строительства, где ознакомились со строительством в сопровождении представителя застройщика и представителей природоохранных структур.

Первый выезд активистов прошел вместе с представителями комитета биоресурсов - директором и заместителем заказника "Волжские просторы".

Территория, о которой идёт речь, находится на Станции 774 км, в Октябрьском сельском поселении под Казанью. Именно там жители в течении пяти лет защищали Волгу от засыпки под застройку 290 тысяч квадратных метров жилья. Поэтому к любым проектам на берегу относятся с особым вниманием. Несколько лет назад такая бдительность позволила затормозить строительство частного дома с пирсом в гослесфонде, в местечке Сосенки.

Мыс, на котором развернулось нынешнее строительство, находится прямо напротив Сосенок. Но мы с активисткой Гульнарой Гилязовой едем по дороге. За нами - машина с представителями госкомитета. Заезжаем в лес. За время, прошедшее с первой публикации, строительство заметно продвинулось. Здесь не 7 домиков, как сообщил очевидец, а больше, и некоторые в стадии завершения.

На въезде на участок горит костер. "Смотрите, это дерево срублено, и срез влажный, то есть оно живое было", - обращает внимание начальник заказника Ленар Кашапов.

Рядом - высокое дерево, обязанное строительной лентой. Часть веток без коры, но дерево в целом выглядит живым.

"Это дуб, ему около 90 лет", - поясняет заместитель начальника.

Справа от нас домики, которые стоят здесь десятки лет. Раньше это была база отдыха, потом у домиков появились владельцы. Земля - в государственной собственности, лесфонд относится к Айшинскому лесничеству. Проходим дальше, рабочие на металлокаркас монтируют деревянный настил - тропинку. Рядом - две металлические будки. Территория здесь начинает сужаться, превращаясь в мыс. Вплотную к берегу, по двум сторонам от тропинки, разместились домики - это не капитальные, но теплые конструкции на металлокаркасе. В грунт уходят трубы.

Ещё дальше, вглубь мыса, домики уже стоят не просто вплотную к лесу: деревья проходят через отверстие в крыше. Так часто делают при постройках в лесфонде, потому что здоровые деревья рубить запрещено. Интересуюсь, что это за деревья.

"Вся эта полоса - дубы: небольшие - лет 30-40, побольше - 60 лет. Когда [деревья] проводят через крышу, это для дерева нехорошо - заводится грибок. Птицы, дятлы во время не могут извлечь вредителей", - поясняют специалисты.

По кадастровой карте, мы сейчас находимся на территории, которая не относится к лесфонду, и не входит в состав земельного участка, отданного в аренду. Мы на территории соседнего участка, который относится к категории земель общего пользования, и никаких домиков здесь быть не должно. А участок, отданный в аренду, захватывает часть водного фонда. Согласно материалам проекта освоения лесов, несколько домиков, и пара десятков деревьев расположены... прямо в реке. Невооружённым глазом видно, что здесь кадастровая ошибка, но чтобы ее исправить, нужно вмешательство госорганов.

Представители заказника сверяются с навигатором.

"Мы сейчас находимся в стороне от заказника, он начинается на расстоянии от берега, на территории Куйбышевского водохранилища. Поэтому данная территория вне нашей зоны ответственности. Но я хочу обратить ваше внимание - смотрите, какое количество деревьев с различными повреждениями. Здесь молодые деревца спилили, здесь - ветки подрезаны, здесь кора снята, на двух деревьях прикручены розетки", - объясняет Ленар Кашапов.

Прохожу дальше, к оконечности острова, а когда иду обратно - фотографирую раненные деревья. Из очень много, не меньше нескольких десятков, в основном - стоящих по сторонам дороги. Похоже, их повредила техника, подвозившая стройматериалы.

На обратном пути встречаем Рустама Аюпова. Он представляется как один из учредителей ДНТ "Лесная долина", которая является субаредатором лесных участков. Ленар Кашапов обращает внимание на большое количество повреждённых деревьев и интересуется, почему деревья, подлежащие сносу, не помечены печатью, а просто повязаны ленточками.

- Лесопатологическое исследование и маркировку проводили не мы, а специалисты. Но до сих пор мы не рубили ни одно живое дерево. Только распилили упавшие стволы, - поясняет Рустам Аюпов.

Руководитель заказника повторяет, что территория в границы заказника не попадает: "Мы будем реагировать, если канализационные попадут в воду".

Пока, судя по документам лесоустройства, стоки планируется выводит в септик, установленный у въезда на территорию. По словам Аюпова, направлять стоки в Волгу никто не собирается.

- Многие так и делают, - замечает активистка Гульнара Гилязова и рассказывает о том, что после того, как жителями удалось остановить засыпку Волги, люди стали обращать больше внимание на возможные нарушения законодательства.

Представители заказника уезжают, а мы повторим маршрут уже с представителем застройщика. Показываю дуб, которому 90 лет. У него сухая ветка и лента, означающая, что его должны спилить. Со стороны дороги на нем содрана кора, и видно, что дуб живой.

-Это КАМАЗом, - замечает Рустам Аюпов.

- Во многих странах такие дубы сохраняют. Спиливают сухие ветви, лечат. У нас тоже есть специалисты. Вы бы хотели спасти это дерево?

Я прошу Рустама Аюпова сфотографироваться с деревом.

- Хотел бы. Мне бы хотелось сохранить деревья. Если специалисты помогут в этом - будет хорошо.

Выходим на берег. Показываю дубы, в которые упираются постройки.

- Мы думаем о том, что эти строения возможно придётся перенести, - он показывает на два домика и бани на берегу.

На месте будущей площадки пока припаркованы несколько автомобилей. Замечаю, что парковка в 20-и метровой береговой зоне - это нарушение и возможность получить штраф. А настил лучше делать не сплошной: если будет слишком большая нагрузка на природный комплекс, то камыши исчезнут, вместе с ними исчезнут места нереста, кормёжки и гнездования вблизи заказника.

"Местные жители нам доверяют. И послушают, если мы будем знать, что все делается нормально, что доступ жителей будет сохранен, не будет заборов, не будут рубить дубы. Площадь застройки, которая планировалась на Волге и которая была остановлена жителями и активистами - почти 500 гектар. Площадь участка, который осваивается под глэмпинг сейчас - 2,5 га", - говорит Гульнара Гилязова.

Следующий выезд - через неделю, со специалистами Зеленодольского лесничества и директом Рослесозащиты по РТ Надеждой Кузякиной. Со стороны застройщика присутствует Рустам Аюпов и прораб, ответственный за строительство. Представитель лесхоза показывает карту лесного кадастра. По нему земли лесного фонда находятся на мыске, а не в воде, как по кадастровой карте.

- Мы закупили специальную краску, в ближайшие время закрасим повреждения на деревьях, - замечает прораб на замечание представителя лесничества.

Интересуюсь у лесников, получится ли избежать вырубки большого количества дубов в соответствии с лесопатологией и есть ли возможность привлечь грамотного специалиста, который может предложить меры обрезки, лечения деревьев?

Специалисты сообщили, что лесопатологическое исследование действительно до 2021 года. Дальше придется делать новое.

Как отметила Надежда Кузякина, это возможно, если арендатор возьмёт на себя решение привлекать специалистов, которые предложат другие меры, например обрезку, в тех случаях, когда дерево живое, но есть отдельные поражения. "Лесопатология не накладывает на арендатора обязанности обязательно спилить указанные деревья. Но ответственность, если такое дерево упадет, причинит ущерб, или от падения пострадают люди, лежит на арендаторе. В принципе, объем рубок он может уменьшить, но для этого лучше провести дополнительное обследование".

Рустам Аюпов замечает, что готов на это.

На берегу, на месте будущей спортивной площадки автомобилей на этот раз нет. Но становится заметным, что на прибрежную полосу навален строительный мусор, бетонные блоки, кирпич. Замечаю, что складирование строительного мусора на береговой линии является серьезным нарушением.

- В этом месте весной вода подмывает тропинку, не соглашается Рустам Аюпов.

На мысу спускаемся на лёд. Представитель лесничества показывает пазухи под корнями деревьев, глубиной не менее метра - так по высокой воде размывает берег. "Корни сохнут, и через несколько лет деревья гибнут", - сообщает он. Над промоиной стоят три дерева, одно из них полностью сухое.

- Мы предполагаем укрепить берег с помощью металлических свай, а по периметру проложить деревянный настил - тропу, - отмечает Рустам Аюпов.

Разворачивается дискуссия по поводу того, каким способом экологичнее укреплять берег, учитывая что в непосредственной близости находится заказник. Рассказываю, что местные жители к тропе отнесутся с подозрением, полагая, что это станет способом ограничить пребывание на береговой полосе: берег по закону общий, а настил- частный.

Договариваемся создать рабочую группу, с участием специалистов и активистов, чтобы попробовать сделать реализацию проекта таким, каким он декларируется - с минимальным воздействием на природу. В нее соглашается войти Надежда Кузякина.

Последние десятилетия в Казани и окрестностях застройщики и активисты были в жёсткой конфронтации, по разные стороны баррикад. Попытка диалога возникала только в отношении парков, причем не с застройщиками, а с проектировщиками общественных пространств, как это было с Горкинско-Ометьевским лесом и Гавриловской рощей. И то, какой будет стратегия развития глэмпинга, во многом определит, состоится совместная выработка решений по спорным вопросам между застройщиком, активистами, учёными и природоохранными ведомствами. И в целом - состоится этот проект или нет.

-----

Activatica.org - некоммерческий проект, посвященный гражданскому активизму в России

Яндекс-кошелек - Ваша поддержка поможет нам рассказывать больше историй граждан России, пытающихся менять свою страну к лучшему, организовывать репортажи и трансляции с мест событий, проводить журналистские расследования. Большое спасибо всем, кто нашел возможность помочь проекту!

Активатика в Telegram - подписывайтесь, чтобы быть в курсе проблем, акций, новостей и аналитики из мира гражданского активизма.

Новости гражданского активизма - теперь и в формате видео на нашем канале