51 решенная проблема

Этим летом в в Калининграде прошло несколько экологических мероприятий. В июне проводился «Зелёный день» и эко-фримаркет, в августе планируется фестиваль «Все в парк!» Корреспондент «Активатики» Елена Георгиевская поговорила с экоактивисткой и социологом Анной Алимпиевой, участницей и организаторкой ряда региональных мероприятий.

Анна Алимпиева — кандидат социологических наук, с 1995 года преподавала в Балтийском федеральном университете им. Канта, но в 2018 году руководство отказалось продлять с ней договор. Учёную уволили по вине доносчиков, недовольных её деятельностью по защите деревьев от вырубки. Так или иначе, Алимпиевой вместе с командой экоактивистов удалось добиться сохранения знаменитых калининградских аллей.

d0f9be07783c56dd9d22d0abe32ebecd.jpg

Фото: журнал Tvoybro

Как вы пришли к идее экоактивизма?

— В конце 2014 года в Калининградской области стали массово вырубать придорожные деревья, и несколько человек собрались и решили, что надо что-то этим вырубкам противопоставить. В декабре появилась группа «Аллеи Калининградской области». С тех пор мы защищаем и пытаемся восстанавливать аллейные посадки, но расширили сферу своей деятельности до городских зелёных насаждений вообще, потому что в последние годы они постоянно приносятся в жертву, а вместе с ними приносимся в жертву мы — как жители, как горожане, наше качество жизни, наше здоровье и перспектива нашего выживания. Я семь лет в экоактивизме, и экологическая тема для меня срослась с темой городской, урбанистической. Их трудно разорвать, потому что говорить о современном городе, его развитии вне экоповестки просто невозможно и неправильно. Любая сугубо городская инициатива связана с вопросами охраны окружающей среды, зелёных насаждений, биоразнообразия, климата.

Как вам с другой активисткой, Александрой Королёвой, удалось продвинуть экоповестку на региональном уровне?

— 2018 год стал годом активной борьбы за изменение приоритетов в городском управлении и озеленении. В городской администрации был отдел охраны окружающей среды, но не существовало отдела, который бы фокусировался на зелёных насаждениях, собственно озеленении города. Деревья рубили тысячами, обрезали ­— или, как мы говорим, остолбовывали (потому что они становились похожи на столбы или, в лучшем случае, на кораллы), но никто за ними не ухаживал. Не было и посадок — хотя бы компенсирующих вырубку. У нас были сомнения в обоснованности выдаваемых разрешений на вырубку и обрезку, которая, как правило, приводила через несколько лет к гибели деревьев. И тогда мы перепроверили несколько десятков разрешительных документов, показав, что часто они выдавались по надуманным поводам, а иногда и на вовсе уже не существующее дерево. Эта история обнажила непрофессионализм сотрудников соответствующих подразделений, их незаинтересованность в защите и сохранении зелёных насаждений.

Наши выводы и предложения по изменению подхода к работе в сфере озеленения мы попытались донести до тогдашнего главы Калининграда, и в конце 2018 года им было принято решение о создании отдела озеленения. На следующий год в бюджете города выделили деньги (пусть смешные, 5 млн. рублей) на посадку деревьев — впервые за несколько лет.

f00e6141bea9df9645cc5712b447cbc7.jpg

Фото: Радио Свобода

На тот момент мы считали это большой победой. Сейчас очевидно, что это не так. Посадки, которые производит муниципалитет, очень скромные, не всегда качественные и всё ещё не отвечают масштабам вырубок. Существующий уже более двух лет отдел озеленения до сих пор не занимается инвентаризацией деревьев, уходом за ними, включая молодые посадки. Не канули в лету и сомнительная вырубка, и агрессивная обрезка деревьев, и повреждения деревьев в процессе «благоустройства», ремонта дорог и тротуаров. Зато появились опасные нововведения – применение химических инъекций якобы для лечения деревьев, использование цементно-бетонной смеси для оформления приствольных кругов. Но главное – по-прежнему отсутствует городская стратегия озеленения, а профильным отделом полностью провалена коммуникация с гражданами и общественными экспертами.

Вообще же, если говорить о победах экоактивистов – и у нас, и в других городах, то вдохновляющие истории случаются, но, как правило, экоактивизм — это тяжёлая работа, результата которой приходится ждать долго.

435afad3e223dfc169a00a5d2ba7de41.jpg

Фото из FB Анны Алимпиевой

— Если говорить о придорожных деревьях, какие муниципалитеты региона наиболее пострадали от вырубок?

— Кажется, что Зеленоградский и Гурьевский. Но эти вырубки видны лучше, потому что эти районы расположены недалеко от Калининграда. С другими муниципалитетами сложнее, надо чаще ездить по области, чтобы понимать, где что происходит. Этой весной угроза вырубки нависла над одной из самых красивых аллеей области — 10-километровой аллеей дуба черешчатого по трассе Правдинск — Железнодорожный (бывший Гердауэн, он сейчас переживает реновацию исторической застройки и туристический бум), которую должны были поставить на учёт как ООПТ ещё в прошлом году.

a28f05211c28d2b965e12d41f507c083.jpg

Аллея в Низовье. Фото: Rugrad.eu.


Статус особо охраняемой природной территории (ООПТ) – один из способов защитить аллеи. В первые годы работы группы «Аллеи Калининградской области» наши усилия были сосредоточены на поиске нормативных инструментов защиты придорожных деревьев. И нам удалось внедрить в разрабатываемый тогда закон (принят в 2016 году) категорию «аллеи», которой нет в подобных законах субъектов РФ — правда, как правило, там нет и аллей. Это даёт нам возможность в случае особо высокой ценности поставить ту или иную аллею на учёт, и её будет уже не так просто вырубить, и, более того, о ней должно начать заботиться государство. Понадобилось ещё два года, чтобы инициировать сам процесс придания аллеям охранного статуса, потому что есть законы, а есть практика их применения. В 2018 году наша группа под руководством международного сертифицированного инспектора деревьев Александры Королёвой, с участием других местных экспертов и волонтёров провела инвентаризацию аллеи из 1200 деревьев возле посёлка Низовье, проанализировав ценность и состояние деревьев, (а там много старых лип, где живут в том числе краснокнижные виды жуков, и у них тоже должна быть охранная грамота), и обосновав придание аллее особого статуса – она получила его в 2019 г. Свой отчёт и методику инвентаризации мы передали в Министерство природных ресурсов и экологии Калининградской области. Мы надеялись, что теперь Министерство будет само вести работу по апробированной методике, но «что-то пошло не так». В 2020 году министерство планировало поставить на учёт три аллеи, но случилась пандемия, и бюджеты были сокращены.

Впрочем, в наших условиях глобального непрофессионализма даже статус ООПТ не всегда защищает: уже будучи ООПТ, Низовская аллея пережила необоснованную обрезку — приехали люди из дорожных служб и отрезали ветки. Хорошо, что есть внимательные и неравнодушные граждане, которые сообщают о нарушениях нам, а мы — в Министерство природных ресурсов.

В своей лекции о городских огородах вы говорили, что эта практика повышает ответственность граждан, способствует биоразнообразию, охране окружающей среды. Однако, например, владельцы домов и садов в частном секторе не всегда отличаются бережностью.

Многие вырубают здоровые деревья на участках: «Это мой участок, что хочу, то и делаю».

— Нам нужно другое отношение к природе в городе. У многих есть мифологическое убеждение, что природа отдельно, а город отдельно. Это неправильная позиция: природа — наша естественная среда обитания, просто мы её «подкрутили», адаптировали под себя. Природа — деревья, живые существа, экосистемы — не могут приноситься в жертву благоустройству. Нельзя вырубать деревья ради парковок или потому, что проектировщику и подрядчику так удобнее и проще. Нельзя остервенело косить траву по всему городу — начиная с разделительных полос дорог и заканчивая парками – потому что мы живем с несовершенными и устаревшими правилами благоустройства. Этими действиями мы не только прямо сейчас ухудшаем состояние окружающей среды, но и закладываем бомбу под завтрашним благополучием.


c01ddbfbe0018268df822c65d0571a61.jpg

Результаты обрезки деревьев на улице Гагарина в Калининграде.

Сегодня ситуация с озеленением Калининграда, политика в этой сфере не отвечает ни современным климатическим и экологическим вызовам, ни даже нормативным требованиям. Город, когда-то носивший звание города-сада, становится всё более серым и коричневым и всё менее зелёным: под застройку и ради решения других хозяйственных задач вырубаются гектары зелёных насаждений, а призванные компенсировать их посадки не отвечают масштабу и качеству потерь. Опасный тренд последнего времени — застройка наиболее ценных в экологическом смысле городских территорий — водно-болотных угодий (ветландов).

Чтобы решить эту проблему, мало усилий экоактивистов, здесь нужна общая стратегия и системная работа. Забавно, что в преддверии выборов зелёную тему стали озвучивать многие наши депутаты-застройщики ­— те самые, что вырубают деревья и застраивают зелёные зоны. Некоторые даже посадили — перед телекамерами — по несколько деревьев. Это типичный предвыборный цинизм, но в то же время знак, что тема озеленения признана чрезвычайно актуальной.

Что действительно внушает надежду – это включение темы строительства зелёного каркаса города, о необходимости которого мы говорили много лет, в повестку областного правительства.

a7295a9b1fca08c4a10513449fc34b6e.jpg

Анна Алимпиева читает лекцию о городских огородах.

— Расскажите, пожалуйста, о мини-огороде, который вы сажали с коллегами, и проекте «Парковое кольцо».

— «Парковое кольцо» — проект (и возникшее вокруг него общественное движение), который вырос из многолетних дискуссий о судьбе бывшего оборонительного кольца старого Кёнигсберга (с комплексом бастионов, редюитов, валов, рвов и прочих фортификационных сооружений). 100 лет назад эта территория была превращена в сеть зелёных рекреационных пространств, которая за последние десятилетия сильно деградировала.

Наш проект подразумевает возрождение этой зоны как зелёной, восстановление ее целостности, прокладку по кольцу 15-километрового велопешеходный маршрута и превращение каждого её участка в парк. Это амбициозный сложный проект, для которого нужно много денег и сил — ведь это территория в более чем 150 га частично региональная, частично муниципальная и местами частная. Наша команда включает в себя социологов, городских планировщиков, дизайнеров, архитекторов, экологов, дендрологов и других специалистов, которые могут работать с проблемами городского развития экологии на профессиональном уровне. Но даже если мы принесём полный пакет предложений чиновникам, это не значит, что проект будет реализован.

Мы хотим показать, что такие проекты важны для горожан, вовлечь жителей в освоение этих территорий, чтобы люди осознавали, что городское пространство и воздух города принадлежит им, что они вправе влиять на то, как город развивается, на его экологическое благополучие, и делать это можно самыми разными способами, например, создавая городские огороды.

В этом году мы расширили городской огород в парке у Железнодорожных ворот, посадили помидорную и прочую рассаду. Эта история, конечно, не о том, чтобы собрать огромный урожай помидоров с маленького участка, а об уважении к природе. Это переприсвоение права на город. Поэтому мы и организуем различные экособытия, рассказываем о городской экологии, проводим ежегодный фестиваль «Все в парк!». В этом году он посвящён городской воде. Мы хотим напомнить горожанам, властям, хозяйствующим субъектам, что водные объекты — важная часть городской экосистемы и нуждаются в заботе и дружественном отношении.

a67438023979f0d15b5863af69f0a973.jpg

На мероприятии «Зелёный день» был представлен проект «Экодвор» о раздельном сборе мусора.

— Сейчас среди активистов много молодёжи, хотя интерес некоторых молодых людей к экозащите довольно поверхностный и продиктован модой. В целом это хорошая тенденция?

— Да, это хорошо по нескольким причинам. Во-первых, это приток новой «крови» в дело заботы об окружающей среде. С другой стороны, когда человек в юном возрасте осваивает экопрактики (выключает воду во время чистки зубов, сортирует мусор, сдаёт его на переработку, не покупает новые вещи и ходит в секонд-хэнд, и пр.) или узнает об эффектах климатических изменений, это влияет на его поведение в будущем, в масштабах общества создавая немалый эффект.

Пока эти ребята не составляют общественного большинства, их влияние на сегодняшнюю политическую и экономическую повестку ограничено. Но они дают надежду, что ситуация будет меняться, что мы будем уходить от сугубо потребительского и попустительского отношения к природе, а по сути — к самим себе.