34 решенные проблемы

Находящаяся под домашним арестом в Ростове-на-Дону политзаключённая Анастасия Шевченко обратилась к главе Центральной избирательной комиссии Элле Памфиловой в открытом письме с требованием допустить её к участию в выборах в Ростовскую городскую думу.

Закон не запрещает Анастасии Шевченко выдвигать свою кандидатуру в депутаты, точнее её выдвинули граждане, ктоторые её узнали благодаря заведённому на Анастасию делу об "участии в нежелательной организации". Она баллотируется по 14 городскому округу. И несмотря на то, что она не может покидать квартиру, за её выдвижение отдали 155 человек свои подписи.

Рабочая группа ТИК Октябрьского района Ростова 31 июля признала недействительными или недостоверными 22 из 155 подписей в поддержку выдвижения Анастасии Шевченко кандидатом в депутаты гордумы Ростова.

По данным donnews.ru, председатель ТИК Наталья Чекурова пояснила, что большинство претензий относилось к недостоверным данным об избирателях в подписном листе.

"Избиратель обязательно должен сам ставить подпись и дату, иначе голос будет признан недостоверным. К Санкину претензия были не из-за подписи, а из-за даты. Были проблемы {у других избирателей. — donnews.ru} и с указанием даты рождения. Мы не ставили под сомнение происхождение подписей, однако в подписном листе были указаны недостоверные данные об избирателях", - рассказала председатель.

Таким образом, на данный момент у Шевченко 133 подписи из требуемых 141. В пятницу, 2 августа, состоится заседание комиссии, на котором её сторонники собираются доказать, что подписи действительны.

Текст открытого письма передан через адвокатов и опубликован не самой арестованной, а ее коллегами. Приводим его полностью:

"Уважаемая Элла Александровна!

Меня зовут Анастасия Шевченко. Я – кандидат в Ростовскую городскую думу, а ещё я находящаяся под домашним арестом по политическому обвинению одинокая мать двоих детей. Когда 23 января меня посадили под арест за якобы работу на «нежелательную» организацию, я была просто активисткой, одной из тысяч в нашей стране. Но из меня сделали политическую заключённую, не оставив мне шанса заняться чем-то другим, кроме борьбы с несправедливостью.

Моё имя прозвучало в сотнях публикаций, десятках заявлений политиков со всего мира. Я не хотела такой популярности, но мне её навязали люди, которые хотят посадить меня на 6 лет за участие в дебатах. Единственный шанс для меня обратить эту известность на пользу обществу – это участвовать в выборах и добиваться справедливости для других, хотя бы пока я ещё на свободе. Поэтому я решила баллотироваться в Ростовскую-на-Дону городскую думу по 14-му избирательному округу. Закон не возбраняет мне принимать участие в выборах. Но избранная в отношении меня мера пресечения – домашний арест – накладывает серьезные ограничения в возможностях. Я не могу покидать квартиру, общаться с людьми и делать многое другое, что необходимо для ведения избирательной кампании. Но, несмотря на такие ограничения, мой штаб обошёл весь район и сумел собрать 155 подписей жителей Ростова в мою поддержку.

Это настоящие подписи настоящих людей, которые мы честно собрали и проверили. Цель сбора подписей для выдвижения – доказать наличие минимальной поддержки избирателей.

Это барьер на пути людей, для которых выборы не являются серьезным и осознанным решением. Вся моя биография говорит о том, что общественная работа для меня не пустой звук. Это давно выбранный путь и призвание. А тот факт, что в условиях домашнего ареста я смогла собрать необходимое для выдвижения количество подписей, говорит о наличии общественной поддержки, достаточной, чтобы быть допущенной до участия в выборах. К сожалению, Территориальная избирательная комиссия Октябрьского района Ростова-на-Дону так не считает.

Следуя общей и порочной логике избиркомов она видит своей задачей не удостовериться в существовании поддержавших кандидата людей, а с маниакальностью учителя чистописания проверить подписные листы на предмет помарок и мелких погрешностей. Наверное, если бы рвение комиссии ограничивалось только этим, то я была бы готова поверить в просто излишнюю педантичность избиркома, в желание следовать букве, а не духу закона. Но когда претензии по чистописанию и оформлению кончились, а достаточное для выдвижения количество подписей осталось, в дело вступил почерковед. И теперь для выдвижения мне не хватает ровно то число подписей, которое графолог признал недействительным.

Конечно, можно возразить, что почерковед – специалист и говорит так, как есть на самом деле. Но, видите ли, мы привели на рабочую группу людей, чьи подписи и данные этот специалист объявил подделкой. После того, как первый из пришедших подтвердил, что подпись и прочие данные были записаны им собственноручно, его подпись признали действительной, а вот остальных пришедших, от греха подальше, просто не стали слушать. Хотя очевидно, что если почерковед допустил, в лучшем случае, ошибку, а в худшем – подлог, его экспертизе больше доверять нельзя. Но все остальные забракованные им подписи так и остались недействительными. Из этой истории я делаю только один возможный вывод: решение о моем недопуске до выборов является не правовым, а политическим. Действительно, это же страшно. А вдруг я выиграю выборы? Что делать? Признать, что я имею столь значимую общественную поддержку? Тогда непонятно, как быть с обвинением по статье о сотрудничестве с «нежелательной организацией» (пишу в кавычках, потому что формулировка порочна и с юридической, и с общечеловеческой точек зрения).

В концепции нежелательности ведь что главное? Это якобы нежелательность для общества. Ну так проверьте. Давайте, я приму участие в выборах и посмотрим, что общество считает на самом деле. Я готова к такой проверке. А вот власти, по крайней мере, в лице избирательной комиссии – нет. Элла Александровна, вы не раз говорили, что пребывание под арестом не мешает кандидатам подавать жалобы в ЦИК. Я пользуюсь этим вашим советом. А еще вы говорили о недопустимости давления на ЦИК. Я не знаю, как на ЦИК, но на наш избирком явно кто-то давит. Кто-то, кто не хочет допустить меня до выборов, кто не хочет, чтобы у избирателей Ростова-на-Дону была возможность в день голосования выказать мне доверие и опровергнуть мою мнимую «нежелательность». Я обращаюсь к вам не только как кандидат, чьи права нарушаются, я обращаюсь как гражданин, как женщина и как мать – не участвуйте в этой гадости. Я выполнила все требования закона для регистрации кандидатом, и я требую допустить меня до выборов".


пост 15 июля 2019, 21:35

Анастасия Шевченко: "Я буду доказывать свою невиновность до последнего и никуда не уеду, даже если меня попросят!"

Судебное решение об избрании меры пресечения для гражданской активистки Анастасии Шевченко огласили. Она остается под домашним арестом до 20 августа, с сохранением всех, назначенных судом ограничений. Адвокаты Шевченко будут обжаловать решение в установленный законом трехдневный срок.

В суд Анастасию доставили на транспорте полиции в сопровождении сотрудников ведомства. Анастасии предъявили обвинение 19 января 2019 года, а 23 января Ленинский суд принял решение о заключении Шевченко под

пост 15 июля 2019, 21:35

Анастасия Шевченко: "Я буду доказывать свою невиновность до последнего и никуда не уеду, даже если меня попросят!"

Судебное решение об избрании меры пресечения для гражданской активистки Анастасии Шевченко огласили. Она остается под домашним арестом до 20 августа, с сохранением всех, назначенных судом ограничений. Адвокаты Шевченко будут обжаловать решение в установленный законом трехдневный срок.

В суд Анастасию доставили на транспорте полиции в сопровождении сотрудников ведомства. Анастасии предъявили обвинение 19 января 2019 года, а 23 января Ленинский суд принял решение о заключении Шевченко под