47 решенных проблем

На сегодняшний день Роман Янченко – видимо, единственный в РФ независимый журналист-фрилансер, которого обвиняют в осуществлении деятельности без специального разрешения (лицензии) на территории РФ. В июне 2020 года Роман впервые подвергся административному наказанию в виде предупреждения за то, что снимал интервью с участником экологического пикета. Как отметил сам независимый журналист, вся эта история весьма дурно пахнет неким «заказом». От кого исходит инициатива – он может только догадываться, а вот цель прозрачна – сделать невозможной репортерскую работу Романа на территории Кузбасса.

Как и в первый раз журналиста-фрилансера пытаются привлечь по части 1 статьи 19.20 Кодекса об административных правонарушениях за осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли, без специального разрешения (лицензии), с чем абсолютно не согласны ни сам Роман, ни юристы Центра защиты прав СМИ, представляющие его интересы в судебных инстанциях. Первый судебный процесс по данному обвинению закончился вынесением административного наказания в виде предупреждения. Сейчас журналисту грозит уже реальный штраф - хотя в российском законе "О лицензировании отдельных видов действия" работа журналиста даже не упоминается. Тем не менее, по мнению кузбасских полицейских и судов, сам факт сотрудничества с зарубежным СМИ (речь идет о ресурсе БелСат, который в основном освещает события в Беларуси и вещает с территории Польши - ред.) дает достаточно оснований для того, чтобы требовать у журналиста некую "лицензию". Мы попросили Романа Янченко рассказать о том, легко ли быть сейчас независимым журналистом в Кузбассе.

- В Кемеровской области много изданий, есть даже те, которые порой озвучивают весьма острые темы. Почему именно «Белсат»?

- Несколько лет назад, когда в пресс-службе областной администрации работал руководителем Антон Горелкин, который проболтался, что знал о коррупции в системе ввода в эксплуатацию зданий в Кемерово, ныне депутат Госдумы, а еще и по совместительству мой сокурсник по университету, мне пришлось невольно сделать выбор в пользу свободы и независимости. Так вот, на тот момент, когда Горелкин возглавил «тулеевскую» пресс-службу, я работал в проекте «Рустория». Надо мной не было никакого редактора, был только координатор в Москве, я был полностью свободен выбирать темы для своих репортажей. Никто меня не цензурировал, никто по рукам не бил, как к примеру, это было в одном из областных изданий, которым руководила большая угольная компания. Даже администрация области не могла позвонить моему руководителю, и по звонку снять с публикации неудобным материал на запрещенную тему.

В общем, спустя некоторое время меня прекрасно знали в этой самой администрации губернатора Тулеева. Раз даже пытались позвонить в «Русторию» и потребовать уволить меня за то, что я не очень «хорошо» пишу о нашем «любимом» Кузбассе, да еще и без цензуры. К сожалению, данное издание со временем закрылось, а я, как я сам убежден, не без участия некоторых сотрудников пресс-службы областной администрации, получил так называемый волчий билет. Ни одно издание в области не могло взять меня на работу. К тому же на тот момент у меня уже окончательно сформировался вкус к свободе, и даже спустя время, когда мне все же удалось устроиться в одно интернет-издание Кузбасса, я не смог там проработать долго. Из-за разногласий с владельцем издания в политике подачи материала, в политике выбора тем и стиле подачи материалов, мне пришлось уйти практически хлопнув дверью. Вот так в 2018 году и появился «Белсат», который дает возможность освещать оппозиционные темы и озвучивать неудобные для властей Кузбасса вопросы.

- В каких отношениях с депутатом Госдумы Вы были и есть с Антоном Горелкиным? Ведь нет в Кузбассе журналиста, который бы не понимал, что именно Горелкин много лет определял о чем и в каком стиле можно писать СМИ области.

- Когда учились в университете мы одно время даже дружили. Но потом наши интересы и дороги разошлись в разные стороны и с момента окончания журфака никогда прямым образом не пересекались.

- Роман, на сегодня Вы единственный журналист, от которого требуют какую-то лицензию или аккредитацию. Что конкретно Вам ставят в вину наши правоохранительные органы?

- Обвинения очень странные. Мне ставят в вину нарушение части 1 статьи 19.20 КоАП РФ, которая предусматривает ответственность за осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли, без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (лицензия) обязательно. Объективная сторона указанного правонарушения выражается в осуществлении лицензируемого вида деятельности при отсутствии лицензии. При этом я являюсь гражданином РФ, а аккредитация в МИДе для граждан России – просто не предусмотрена. Для работы журналиста вообще не нужна какая-либо аккредитация или лицензия. Поэтому и мне, и моим юристам из Центра защиты прав СМИ сложно понять эти абсурдные обвинения.

- И в первый раз, и во второй раз на Вас протокол по данной статье составили силовики города Новокузнецка. Как Вы думаете – это нелюбовь к Вам мэра Кузнецова или руководства ОМВД по г. Новокузнецка?

- Ну да, думаю, что в Новокузнецке не просто так за мной гоняются. Скорее всего, это некий «заказ», возможно даже у этого «заказа» ноги с обладминистрации растут. С мэром Новокузнецка я никогда не встречался, с ним лично – не знаком. Я лишь недавно стал критиковать в соцсетях его действия после проведения знаменитой «кузнецовской» транспортной реформы в южной столице Кузбасса. Да и с правоохранителями Новокузнецка никогда не сталкивался и не конфликтовал. Я думаю, что просто и мэр, если он вообще в курсе данной ситуации, и полицейские Новокузнецка – это инструмент при помощи которого некий сильный и властный субъект хочет сделать мою журналистскую деятельность в Кузбассе невозможной.

- Составление протокола весной и сейчас – чем-то отличалось, или все прошло по одному «сценарию»?

- В последний раз протокол составляла очень симпатичная молодая девушка полицейская, которую я видел впервые в своей жизни. Она меня и «преследовала» по Новокузнецку. Я снимал в трех районах города, в двух она «приставала» ко мне. Я, наученный горьким опытом даже не стал представляться журналистом, сказал, что я просто гражданин, а гражданам у нас снимать на улице видео – не запрещено. Однако в процессе беседы с этой очень симпатичной девушкой, после того, как я представился просто гражданином Романом Янченко, я понял, что она уже знает, что я журналист, что я уже был привлечен по части 1 статьи 19.20 КоАП. Поэтому несложно сделать вывод, что человека уже подготовили и отправили «охотится» конкретно на журналиста Романа Янченко. Копию протокола, кстати, я до сих пор не получил, а так любопытно, что же там будет написано.


- Ранее вы упомянули, что в Кузбассе есть табу на некоторые темы. О чем нельзя говорить журналистам в Кемеровской области?


- Обо всем, что может так или иначе дискредитировать власть. Причем власть на любом уровне, даже если это совсем маленький чиновник, но он хоть как-то участвует в политике администрации Кузбасса. Хотите я расскажу вам один яркий момент, который я запомнил навсегда? Тема, о которой я написал несколько лет назад актуальна до сих пор, только на тот момент ее в СМИ Кузбасса старались замалчивать, по крайней мере мне публикации по данному вопросу на то время ни разу не попадались в местных изданиях. Тогда я просмотрел весьма скучный годовой отчет Роспотребнадзора. Длинное полотнище с графиками и цифрами, мало кому в таком виде интересное. Но я там нашел интересную информацию о том, что Кузбасс на тот момент был одним из лидеров по росту заболеваемости ВИЧ-инфекцией. Информация была открытой. Сам отчет находился в свободном доступе на сайте Роспотребнадзора. При этом по звонку мой материал был снят с публикации. На вопрос, почему его сняли, мне пояснили, что эти «новости» негативно сказываются на рейтинге губернатора и области.

На тот день сформировалось видение, что любая озвученная в СМИ проблематика негативно влияет на честь и достоинство губернатора и целом Кузбасса. Так и с ВИЧ – пока о проблеме не стали писать федеральные СМИ, власти умалчивали данную тему. Но сейчас эту проблему уже преподносят с иной стороны. Как вы думаете, почему у нас столько ВИЧ-инфицированных? Да потому, что у нас очень хорошо работают врачи и у нас самая высокая выявляемость зараженных! Удивительно, но правительство несколько лет назад переобулось на ходу в этой теме.

У нас нельзя писать про Навального. Это прям очень страшно, написать про данного оппозиционного лидера. Лишь иногда где-то новости проскальзывают про Алексея, то чаще всего это в наших местных независимых СМИ.

Нельзя критиковать власть и чиновников, особенно «Единую Россию». Нельзя поднимать проблематику экологии, освещать деятельность экоактивистов. При этом нельзя писать плохо не только о чиновниках, но и об угольных владельцев-генералах. Даже, если тема о коррупции. Нельзя, пока не начнут об этом писать федеральные СМИ или пресс-службы правоохранительных органов. Критика губернатора – это вообще не дай бог.

- Ну и в заключении последние вопросы. Думаю, что ни для кого не секрет, что в случае Ваших административных протоколов будет ангажированность судов на всех этапах Российского правосудия. Планируете ли Вы обращаться с жалобой в ЕСПЧ? И, насколько сложно сегодня быть свободным журналистом в Кузбассе?

- Что касается ЕСПЧ, еще на этапе вынесения решения мировым судьей, мы с юристами поняли, что однозначно будем подавать жалобу в ЕСПЧ. Иллюзий по поводу нашего правосудия сейчас мало кто питает, поэтому нам сразу стало ясно еще на первом заседании, что обращение в международные инстанции нам не избежать. Сейчас жалоба по первому протоколу уже находится в Верховном суде РФ, как только станет известно решение ВС, сразу начнем готовить обращение в ЕСПЧ.

По поводу того, легко ли сейчас быть свободным журналистом в Кузбассе, я скажу так: это не только не легко, это уже практически невозможно. Власти с помощью силовиков и придуманных специально для этого законов всё лучше и эффективнее уничтожают остатки независимой журналистики.


Из выступления Романа Янченко в суде по обвинению в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 19.20 КоАП РФ.


"Уважаемый суд!

15 апреля 2020 г. инспектором полиции в отношении меня возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренное ч.1 ст. 19.20 КоАП РФ. Поводом для возбуждения дело стала отсутствие у меня якобы обязательной аккредитации при МИД в связи с сотрудничеством с польским телеканалом «Белсат».

Я считаю, что выводы сотрудника полиции являются надуманными и незаконными, в действительности основания для привлечения меня к ответственности отсутствуют и производство по делу подлежит прекращению.

Часть 1 статьи 19.20 КоАП РФ предусматривает ответственность за осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли, без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (лицензия) обязательно. Объективная сторона указанного правонарушения выражается в осуществлении лицензируемого вида деятельности при отсутствии лицензии.

Я являюсь журналистом и внештатно сотрудничаю с различными редакциями СМИ, в том числе с редакцией «Белсат TV», штатным сотрудником какой-либо редакции я не являюсь.

Ст. 2 Закона о СМИ понимает под журналистом понимается лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства массовой информации, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию. Поэтому я, как журналист, не обязательно должен быть связан с какой-либо редакцией СМИ трудовыми отношениями и вправе работать по договору, либо выполнять конкретные редакционные задания.

Журналистская деятельность не лицензируется и по Закону журналист имеет право осуществлять свою деятельность свободно, сотрудничая с любыми редакциями СМИ по своему выбору, без получения каких-либо специальных разрешений или лицензий. Права журналиста в части сбора информации, осуществления фото и видеосъемки, посещения государственных органов власти, специально охраняемых мест и т.д. четко оговорены в ст. 47 Закона РФ о СМИ.

Возможность аккредитации при МИД России установлена для зарубежных корреспондентов, к которым я не отношусь. Зарубежный журналист – это журналист, находящийся в штате иностранной редакции СМИ и освещает события из-за рубежа для прессы своей страны. Я гражданин Российской Федерации, проживает на территории Российской Федерации и являюсь российским корреспондентом тех СМИ, которые со мной сотрудничают на внештатной основе. Для таких журналистов никакой обязательный лицензионный, разрешительный или аккредитационный порядок действующим законодательством не установлен.

Замечу, что получение аккредитации зарубежным корреспондентам тоже не является обязательным. Статус неаккредитованного иностранного корреспондента приравнивается к статусу представителя иностранного юридического лица.

Таким образом, поскольку в моих действиях отсутствуют признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.20 КоАП РФ, то производство по настоящему делу подлежит прекращению".

Наша справка:

Федеральный закон "О лицензировании отдельных видов деятельности" N 99-ФЗ ссылается на список видов деятельности, заниматься которыми в РФ можно лишь получив предварительное разрешение в виде лицензии. В основном список состоит из таких позиций, как " Разработка, производство, испытание, хранение, ремонт и утилизация гражданского и служебного оружия", "Деятельность по перевозкам железнодорожным транспортом пассажиров", "деятельность в области использования источников ионизирующего излучения", "космическая деятельность" и т.п. Из всех пунктов к СМИ имеет отношение лишь один: "телевизионное вещание и радиовещание". Но до сих пор, насколько известно, никто не рассматривал этот пункт как основание для предъявления претензий журналистам, которые сами не занимаются ни телевизионным, ни радиовещанием.

Фото предоставлено Романом Янченко