46 решенных проблем

Это история одной хакасской экологической активистки, которая встала у истоков женского экологического движения "Ымай". Черноволосая богатырша Мария Чебодаева вступила в борьбу с недропользователями, угледобытчиками, она считает, что не бывает много экологических организаций, всем дело найдётся. Активистка уверена, что переломить ситуацию могут именно женщины.

В подавляющем количестве культур на протяжении всей жизни женщина, прежде чем что-то сделать или сказать, должна была заручиться одобрением отца, братьев, мужа и даже сыновей. В хакасской культуре женщина весьма почитаема, что прослеживается в эпосе и в шаманизме. Хакасы особо почитают богиню плодородия и женского начала Ымай, считая каждую женщину в своей культуре тоже немного «Ымай». Но, несмотря на это, для женщин в Хакасии до сих пор мужчина остается в подавляющем большинстве на первом месте. Но есть среди дочерей Богини Ымай и те, кто готовы отстаивать благополучие своих детей, своей семьи, родины и рода, наравне с мужчинами. Есть и те, кто может легко повести в этой борьбе мужчин за собой.

c8b705288447b0af1635f9a58674c011.jpg

Рисунок Александра Ахпашева: Алып-Хыстар (дева-богатырша)

Их называли Алып-Хыстар (богатырши). В хакасском эпосе встречается дева Алтын Арыг, которая родилась сама собой на вершине хребта Кирим, в полном боевом облачении и вместе с волшебным конём. Богатырша покровительствовала народу, чьи юрты стояли у подножия Кирима. С мечом в руках противостояла захватчикам, разорявшим селение и угонявшим людей на чужбину. В мирное время объезжала округу дозором.

03146fdb8e715c36dfd87ec12fa41f1f.jpg

При знакомстве с Марией Чебодаевой начинаешь удивляться с первой минуты. Это – миниатюрная женщина, больше похожая на 16-летнюю девочку подростка. И уж точно не богатырша, какими их изображают художницы и художники. Однако имя Алып Хара Хыс (черноволосая богатырша) было ей дано бабушкой при рождении. Как рассказывает Мария, отец очень не любил, когда ее так называли, тем не менее, спустя время ее все чаще стали так называть люди, не знающие о том, что носить имя Воительницы с Чёрными Волосами ей было предначертано с рождения.

Тихий голос, речь спокойная и размеренная: Мария обдумывает каждую фразу, поэтому говорит мало, но чётко, ёмко и по делу. При этом она всегда смотрит в глаза. Не скажу, что у неё «тяжёлый взгляд», но ощущение, что тебя «сканируют», присутствует. После мне скажут, что все хакасы имеют дар видеть человека изнутри. Обмануть их крайне сложно, даже если придешь «с дарами» и обещаниями. Судя по нынешней обстановке в Республике, одному человеку всё же удалось обмануть хакасов. Речь о председателе Правительства Республики Валентине Коновалове. В своей предвыборной гонке он обещал обуздать аппетиты угольщиков, уничтожающих Койбальскую степь. В итоге всё вышло с точность до наоборот.

- Мария, как вы стали экологической активисткой? Почему вопрос экологии стал для Вас важным?

- Примерно год назад я целенаправленно и осознано стала заниматься экологическим активизмом, это произошло после того, как в Хакасии одни за другими стали проходить публичные слушания угольных предприятий. Сначала я стала наблюдать за ситуацией, отслеживала публикации в соцсетях. В это время формировалось несколько течений, специализирующихся на противодействии развитию угольной промышленности в Койбальской степи. В тот период начала формироваться общественная экологическая организация «Родная степь». Подумала, что мне обязательно нужно присоединиться к этой организации, но я не смогла сразу найти контакты организаторов. Пока искала, кому можно позвонить, с кем связаться, нашла в соцсетях бланки для сбора подписей на проведение Съезда хакасского народа. Я распечатала их, выдала половину своему супругу, и мы отправились собирать подписи. Тогда мой муж очень хорошо постарался – за два дня собрал больше ста подписей на своей работе. После вышла на участников общественного движения «Живая Хакасия». Так я познакомилась с Ольгой Петровной Доможаковой, Евгенией Прусс, Михаилом Чертыковым.


bd5d46138e93c4cda57a98d4edc43ea4.jpg

На фото: Ольга Доможакова

После знакомства с представителями «Живой Хакасии» мы решили вместе готовиться к Съезду хакасского народа, поехали по деревням. С утра до вечера ездили все выходные, рассказывали жителям о предстоящем мероприятии. После Ольга Петровна меня спрашивает, не могу ли я побыть секретарем Съезда. Я ответила: если это нужно для соблюдения формальностей, то побуду им. Спустя время я поняла, что все было не случайно. Думаю, что обработать и структурировать весь материал по Съезду хакасского народа на тот момент могла только я, имеющая инженерный опыт. Юрий Челтыгмашев был ведущим мероприятия, председателем Съезда. Ольга Петровна и Женя Прусс помогали ему вести мероприятие. А я как секретарь все фиксировала, после обрабатывала. Сделала очень большую и красивую папку со всеми документами: разложила по полочкам – ребенку понятно будет. Это особенность инженеров, как специалистов – умение перерабатывать и структурировать любую информацию.


– Мария, а кем вы работаете, кто по образованию?

– Это сложный вопрос. По образованию я инженер-строитель автомобильных дорог и аэродромов. Дипломный проект у меня был по теме строительства мостов. После обучения это стало моей основной специализацией. Для себя я считаю важным этапом в жизни работу в Мостотряде №91 в Абаканском филиале ОАО «СИБМОСТ». Там я сформировалась как специалист, инженер. Я научилась не только работать, но и думать, анализировать. Стала применять навыки анализа и в жизни в любой ситуации. Специалисты, проработавшие в нашем Мостоотряде, ценились на вес золота. У нас, как при «советской» школе, было развито наставничество.

Но несколько лет назад предприятие было ликвидировано. Я переключилась на строительство дорог. Сейчас я работаю в организации, занимающейся монтажом металлоконструкций, ремонтом котельных, монтажом технологических трубопроводов. Вот сейчас и получается, что я стала специалистом широкого профиля в строительной сфере.

– Как ваши коллеги откосятся к тому, что у вас активная жизненная позиция?

– На том предприятии, где я сейчас работаю, коллеги, практически не знают о том, что я занимаюсь экологическим активизмом. Руководители немного в курсе, так как мне приходится часто отпрашиваться с работы. Я начальству так и говорю, что мне нужно отлучиться по своим «угольным» делам. Они меня отпускают. А с коллегами я не особо говорю на эту тему.

– Почему?

– Они практически все живут в Черногорске. Это город шахтеров и разрезов. Они уже не видят проблемы в плохой экологии, смрад от горящего угля и угольную пыль воспринимают как должное. Они не понимают то, что чувствуют жители моей деревни, где я родилась, когда видят, как уничтожается наша степь.

– В прошлом году «Живая Хакасия» очень громко заявляла о себе и своих требованиях прекратить угольный «геноцид» хакасского народа. Неоднократно проводились митинги. Что сейчас представляет это общественное движение?

– Если честно, для меня сейчас – это тайна. Я пришла в «Живую Хакасию» на первом этапе своего становления как экологического активиста. Время идет, меняются взгляды, информация и цели становятся более четкими, ненужное отбрасывается. В общем, совершенствуешься. Так же произошло и с «Живой Хакасией»: ненужные люди отошли в сторону. Оставшийся костяк трансформировался в женское движение «Ымай», в честь нашей самой почитаемой из всех божеств хакасов.

В «Родной степи» подавляющее количество участников – мужчины. Это юридическое лицо, которое занимается официальным «общением» с угольщиками и надзорными органами, Правительством Республики. «Живая Хакасия» - это больше соцсети, в которых мы доводим информацию о состоянии окружающей среды до жителей Хакасии, объясняем, какую опасность для нас несет развитие угольной промышленности в Койбальской степи.

Мне в голову пришла мысль, что «ломать» «Родную степь» и заходить туда со своими правилами мы не будем. Тем более, что это очень самобытная организация, большая часть участников в которой из одного аала (деревни). Не нужно ничего менять в их устройстве – есть риск, что организация потеряет свою самобытность. Так пришла идея создания Хакасского общественного экологического фонда «Ирис». Чуть позже возникла необходимость объединить женщин в группу «Ымай». Надеюсь, что организация «Ымай» нашла свою нишу. Так мы тоже сможем на официальном уровне противодействовать угольщикам. Если появятся еще экологические организации – это будет просто замечательно. Мы сможем официально выходить на общественные экологические экспертизы, которые помогут нам остановить «убийство» не только Койбальской степи, но и других уголков Хакасии. У нас же много недрокопателей: угольщики, золотодобытчики. Все они ведут свою деятельность в ущерб природе Хакасии. Работы всем экологическим активистам и организациям хватит.

0753a778a51a75fd6b586e80b8f12009.jpg


В последнее время я стала замечать повышенный интерес у жителей Республики к вопросам экологии. Помимо сетевого сообщества «Живая Хакасия» я отмечаю активность и на моих личных страничках. Люди пишут мне сообщения, спрашивают, чем могут помочь. Задают вопросы. Меня это радует: видимо начался рост гражданской ответственности и активности, интерес к будущему. Равнодушных однозначно с каждым днем становится меньше.

– Почему именно «Ымай»?

– Цель была, что в «Ымай» будут только женщины, которых волнует не просто тема экологии, как тема сохранения жизни в целом, но и другие проблемы. Например, проблемы материнства, семьи. У хакасов есть выражение, что каждая женщина – это воплощение Богини Ымай, которая отвечает не только за материнство и детство, но и за сохранение жизни вообще. В том числе и за сохранение нашей окружающей среды. Не будет благоприятной среды – где будут рождаться и жить наши дети?

– То есть задача вашего сообщества «Ымай» сохранить благоприятные условия для жизни в Хакасии. Как вы собираетесь этого добиться?

– Будем планомерно идти к своей цели. Я на протяжении нескольких лет оказывалась в сложных жизненных ситуациях. Меня спасала только моя воля. При этом никого не было рядом, надеяться приходилось только на себя. Мне нужно было не просто выжить самой и чего-то добиться в жизни, но и при этом я должна была заботиться о детях, так как являюсь многодетной мамой. Я всегда делала так: задавала себе цель, и она становилась путеводной звездой. Идешь к своей цели и не замечаешь ничего вокруг, не видишь, что тебе при этом невероятно тяжело. Когда видишь цель и намерена ее достичь – все вокруг тебе помогает, даже несмотря на то, что в тебя никто не верит. Тебе начинает помогать вся вселенная. Ты знаешь, что нужно дойти любой ценой – идешь вперед и рано или поздно достигаешь своего. Также и в вопросах экологического активизма: я вижу цель и иду к ней, несмотря ни на что.

65a39a36838c09ed93303017d26392e0.jpg


Сейчас для меня важно создание ООПТ. Это территория с особыми условиями пользования. Будет ООПТ – не будет угольных разрезов в степи. При правильной расстановке приоритетов – это решаемая задача. Мы сохраним наши священные курганы, наших краснокнижных птиц и растения. Мы сможем сохранить наши Сорокаозерки. Сохраним их, сохраним Койбальскую степь в целом. А без степи не будет и самой Хакасии. Так что здесь все взаимосвязано.

– Как реагирует Правительство Хакасии на ваши попытки создания ООПТ?

– Говорят, что это не в их силах. Говорят, что «выше» их есть «федералы» в лице тех же самых Роснедр, которые решают подобные вопросы так, как нужно недродобытчикам. Я вела переписку с федеральными ведомствами. Они говорят четко: инициатива должна исходить от Правительства Республики, у которого, судя по всему, нет никакого желания делать в Койбальской степи особо охраняемую природную территорию. Жители Хакасии отправили губернатору порядка пятисот писем с требованием создания национального парка. Чиновники Правительства стали искать «инициатора» обращений и вышли на меня. Просили остановить этот нескончаемый поток писем с требованиями. Я им ответила, что от меня это не зависит, что это желание граждан РФ, граждан Республики. После позвонившая чиновница сказала, что она тоже хочет сохранения Койбальской степи и очень надеется, что будет не зря отвечать на все эти письма.

– На каком этапе сейчас создание ООПТ?

– Я вам не скажу. Боюсь, рано еще говорить об этом. Скажу, что мы идем к этой цели, несмотря ни на что.

– Мне кажется, что этот путь требует много усилий и времени. Как на это реагирует семья?

– Ну как, пострадала «пирожковая» часть семейной жизни. Раньше я могла все свои выходные посвятить семье: напечь несколько огромных «тазов» с пирожками, так как семья у меня большая. Сейчас я так уже не всегда могу сделать из-за своих «угольных» дел.


db7f5911ba12b8e8a1e62aadf5a449a3.jpg


Спасает меня то, что старшие дети хорошо присматривают за младшими. Старшая дочь – настоящая помощница. И с приготовлением обеда поможет, и убраться в доме. А вот муж – обижается на меня. Ворчит, говорит, что мне «там» интереснее, чем дома с семьей.

– Супруг не разделяет ваши экологические взгляды?

– Думаю, что разделяет. Во всяком случае он всегда нелестно отзывается о том, что вся степь в угольных отвалах. Когда я в первый раз собиралась на пикет, он мне специальную стойку сделал, чтобы я плакат в руках не держала, чтобы удобно было. Но я не смогла ее с собой взять – тяжело было бы в руках ее нести, да и внимания я бы больше к себе привлекла, пока до места добралась.

– А чему был посвящен ваш первый пикет?

– Тому, что происходит в моем аале. От угольной пыли от разреза дышать нечем, а в столице, в Абакане, никто об этом не знает. Я подумала, что просто напишу название деревни и буду стоять. Пусть люди спрашивают, а я им рассказывать буду. Пикет прошел спокойно, люди и правда интересовались, почему я стою с плакатом. Многие тогда вообще ничего не знали про угольщиков в степи.

– Как к Вашим пикетам относится полиция?

– Ну, внимание я, конечно, их привлекаю, но задерживать меня они не задерживали. Может, потому, что многие из них разделяют мои взгляды, я так думаю. Закончится сложная обстановка с коронавирусом, закончится затишье, снова начнутся акции. Так жители своими глазами видят, что много неравнодушных людей, которым не безразлично будущее Хакасии.

– А супруг с вами в пикеты не ходит?

– Нет, не ходит. Не знаю, почему. Захотел бы – пошел. Я не настаиваю, не заставляю. Каждый выбирает сам. Мне хватает, что он дома ворчит на меня. Хотя я понимаю, что он просто переживает за мою безопасность. Останавливать меня он тоже не останавливает. Знает, что это бесполезно. Что могу – то и делаю.

1232d47fa205ca49bc5a14c361c48ff3.jpg


Пусть невесть какой вклад – стоять с плакатом, но и это многие боятся делать. Тем более у нас, когда прям кожей ощущаешь, как правительство и надзорные органы лоббируют интересы недрокопателей. На людей им наплевать. Я думаю, что женщинам в Хакасии пора всем проснуться, чтобы вместе менять нашу жизнь. Прогнать угольщиков нужно обязательно, похоже, без нашего участия – этого не добиться. Мужчины тоже принимают участие в этой борьбе, но за женщинами стоит сама жизнь. Если мы не возьмем ситуацию в свои руки – где будут жить и рождаться наши дети?

– Мария, у вас аналитический склад ума, достаточно жесткий характер и уникальное умение не просто идти к своей цели, но и вести за собой людей. При этом, по вашему мнению, успех антиугольной кампании в Хакасии во многом зависит от участия женщин. Вы – феминистка?

– Я не считаю себя феминисткой. Просто у меня характер такой. Если взялась за дело – делай до конца. На месте не сиди – иди к своей цели. Мужчины в борьбе с недрокопателями нужны больше, но без женщин – они навряд ли с ними справятся.


4d385c1e2da13973262c320ca5f30455.jpg

Фото: Анна Иванова


пост 05 июня 2020, 18:57

Хакасские шаманы и шаманки накормили огонь и обратились к духам за помощью в борьбе с угледобытчиками

В Койбальской степи 31 мая местные шаманы, которые возмущены бесчинством угольных предприятий в Хакасии, провели обряд почитания предков. В обряде приняли участие и экологические активисты Республики.



Более 20 жителей аалов (деревень) присутствовали на обряде почитания предков – одном из самых главных обрядов хакасского народа. Дело в том, что Койбальская степь

пост 05 июня 2020, 18:57

Хакасские шаманы и шаманки накормили огонь и обратились к духам за помощью в борьбе с угледобытчиками

В Койбальской степи 31 мая местные шаманы, которые возмущены бесчинством угольных предприятий в Хакасии, провели обряд почитания предков. В обряде приняли участие и экологические активисты Республики.



Более 20 жителей аалов (деревень) присутствовали на обряде почитания предков – одном из самых главных обрядов хакасского народа. Дело в том, что Койбальская степь